– Я имею в виду, кроме того, что у них у всех есть невидимый скорпион.

– Мы знаем, сколько их, где они живут и как выглядят.

– У вас есть фотографии? – изумился Бранд. – И в чем тогда проблема?

– Они понятия не имеют.

– Так распространите фотографии и потом найдите жертвам убежище. Это так трудно?

– Они ни о чем не догадываются, – повторила она.

Бранду хотелось выругаться, но он прикусил язык. Они ни о чем не догадываются. Он уставился на дорогу, на огни едущих впереди машин и затем вверх, в темно-серое небо, в котором теперь вспыхивали молнии.

Бьорк произнесла какое-то бранное словечко, какое, Бранд не понял. Наверное, по-шведски. После чего захлопнула компьютер.

– Вы сердитесь?

– Нет. Но как вы думаете, чем я все время занимаюсь? Конечно, мы хотим найти людей до того, как это сделает Охотник. Но мы не можем просто гулять по городу и спрашивать о них прохожих. Попробуйте найти кого-нибудь в миллионном городе по фотографии. Кроме того, тем самым мы только подтолкнем человека ко всяким глупостям и притянем ненужное внимание. Угадайте, почему мы санкционировали запрет на опубликование информации.

– То есть вы в самом деле пытаетесь найти жертв? Вы с вашим компьютером?

– Если бы интернет работал нормально, я как раз бы этим и занималась, да.

– Как? – только и спросил он. Прозвучало дерзко и с издевкой.

Она молчала.

– Фотки из отпуска? – поддел он ее фразой, которая вчера вывела ее из себя.

Она хохотнула.

– Вы действительно чересчур любопытный, Бранд. Вам уже говорили?

– В последнее время нет, – без всякого лукавства ответил он и подождал объяснений. Но их не последовало. Вместо объяснений у Бьорк зазвонил телефон.

– Да?.. Ладно… Нет, интернета нет… Понятия не имею, мы тут постоянно в пробке. Делаем все возможное, Юлиан… Тогда найдите ее любым способом. Нам нужны все фотографии, какие можно раздобыть. В Гамбурге кто-то есть? Как это… Что? – напряженно произнесла женщина, после чего некоторое время слушала молча. – Что с запретом на распространение информации? Как они могли передать журналистам ориентировку? Черт! – рявкнула она и дала отбой.

– Что? Что случилось?

– Впечатление такое, что у нас в Игре психопат.

– Только один?

– Нам надо в Берлин. Срочно.

43

Возле Штеттина, 20 часов 54 минуты

Мави Науэнштайн

Старое крестьянское подворье они обнаружили почти час назад на окраине небольшого леса недалеко от Штеттина. Медленно подъехали, готовые в любой момент развернуться и удрать. Это место не только выглядело необжитым – там действительно никто не жил. Обширный участок был обнесен забором. На огромном плакате написано, что в скором времени здесь появится новый жилой квартал. Ниже – рекламный слоган на немецком, что удивило Мави. Видимо, для привлечения платежеспособных соседей: граница с Германией проходила совсем рядом.

Машину они оставили в пустом сарае. Старый крестьянский дом был не заперт. Внутри все выглядело так, будто здесь еще недавно жили. Отсутствовали предметы обихода, но сохранилась старая мебель, посуда и прочая утварь. Свет был отключен, вода тоже, но ничего из этого им было не нужно. Только надежное укрытие от непогоды, которое они и нашли.

Вот уже несколько минут Мави сидела за столом и смотрела в топку кухонной печи. Огонь потихоньку гас. Скоро погаснет совсем.