– Мы знаем изменников в Ирландии, и знаем их вождя, этого проклятого Богом фанатика, Фитц мориса. Рассчитываете ли вы захватить его, прежде чем наступит зима и всем придется голодать?

Зимой снабжение британских войск представляло исключительные трудности, и каждый год они несли больше потерь от голода и вызванных холодом и сыростью болезней, чем от военных действий.

– О, я захвачу его, обещаю вам, – хвастливо сказал Перро. Но он уже не в первый раз давал такое обещание.

– Мы уже устали от этого мятежа, – взорвалась Елизавета. – Если вам не удается поймать одного человека, может быть, нам следует направить туда кого то другого?

Сэр Джон побагровел.

Сесил кашлянул и приблизился к королеве.

– Я думаю, вам следует выслушать сэра Джона. Есть основательная причина тому, что Фитцморису удавалось ускользнуть от нас последние несколько месяцев.

– Именно, – проворчал все еще красный сэр Джон. – Его поддерживает гораздо более решительный ваш враг, чем Филипп.

– Нетрудно быть решительнее испанского короля, – отрезала Елизавета. – У него везде сплошные неприятности, и он содействует ирландцам, только чтобы насолить мне!

– Мужайтесь, Елизавета, – пробормотал Сесил ей на ухо.

– И кто же теперь помогает изменнику паписту? Кто осмелился? – Елизавета внутренне сжалась.

Перро улыбнулся, как будто предвкушая эффект от своих слов.

– Злосчастный полукровка, пират, Владыка Морей.

Елизавета недоуменно уставилась на него. Она не могла, просто отказывалась его понимать. С принужденной улыбкой она сказала:

– Лэм провинился в одном – хотя это и очень неприятно, – он украл девицу Фитцджеральд и сбежал на свой остров, чтобы заняться с ней развратом. Возможно, это служит достаточным доводом в пользу того, что он хочет жениться на Катарине и собирается способствовать Фитцджеральду в возвращении титула и земель. И это все.

– Ваше величество, – холодно произнес Перро, – я почти год гонялся за Фитцморисом по всей Южной Ирландии. Я знаю, что говорю. Мне нет дела до того, что О'Нил взял девицу Фитцджеральд себе в любовницы. Или даже в жены. Этот ублюдок снабжает Фитцмориса продовольствием и оружием, и всем другим, что тому требуется.

У Елизаветы голова шла кругом. Она бросила взгляд на Тома и поняла, что он верит словам Перро. Она повернулась к Сесилу, выглядевшему очень довольным.

– Нет! – сказала она, вдруг чувствуя обжигающую боль в сердце. – Нет, вы ошибаетесь! Мой золотой пират мог поддержать Фитцджеральда, но никогда он не станет помогать человеку, который открыто заявляет, что лишит меня трона! – Она была готова заплакать. Лэм не мог так коварно предать ее, он ее любит – хотя бы немного.

– Я не ошибаюсь! – почти выкрикнул теперь уже совсем багровый Перро. – У меня имеется шпион в стане мятежников, ваше величество. Он видел, как они встречались, и неоднократно. Он видел, как они пожимали друг другу руки. Он видел, как разгружался «Клинок морей» – трижды с прошлой весны, черт побери! Я знаю, что говорю/

Елизавета отвернулась. Сесил провел ее к креслу. Королева была на грани истерики. Она протянула руку в поисках опоры, но руку принял опустившийся перед ней на колено Ормонд.

– Как это может быть? – прошептала она своему кузену. – Как мог он так поступить со мной?

Том поднес ее руку к губам и поцеловал.

– Я люблю вас, Бет, я всегда во всем вас поддерживал, и мы кузены. Помните, что О'Нил – отродье Шона. Это все объясняет.

Елизавета вцепилась в руку Тома. Теперь в ней начал нарастать гнев.