Вот тебе и заброшенное и никому не известное убежище! На растрескавшемся бетоне, через который пробивалась буйная трава, стоял маленький вертолет с черной прозрачной кабиной из полимерного стекла. Возле вертолета топтался боевик в камуфляже. Чуть дальше, у самых деревьев, в тени стояли и валялись несколько бочек от авиационного горючего. Там же стоял грузовик с кузовом, накрытым тентом. Тент был поднят, в кузове возился еще один человек. Третий метрах в двадцати разжигал какое-то устройство, судя по запаху, работавшее на этом же топливе. «Керосинку освоили, – проворчал себе под нос Нестеров. Оружия он не увидел, хотя оно должно было быть. – И в вертолете, и в кузове машины, в котором они, видимо, спят ночью. И у этого “повара” под рукой где-то тоже автомат. И они тут не зря торчат. Ждут главного, чтобы вылететь на поиски? И мы тут с Аленкой торчим на дороге, и деться некуда, и машину не спрятать. Атаковать? Убить этих и на вертолете улететь? Черт, я вертолет не водил много лет. Когда-то пробовал водить наш опытный образец «МИ‐34», с инструктором летал, а этот… Ладно, все они одинаковые, принцип один».

Он быстро принял решение. «На машине въехать сюда. Эти трое не сразу сообразят, кто и почему приехал. Лица бы нам с Аленой вымазать грязью. Да ладно. Не станут они сразу стрелять. Третий так вообще пилот. Из машины я двоих положу, этого согну в бараний рог и пенделя под зад. Сядем в вертолет и дадим отсюда деру». Нестеров попятился за кустарник и тут же замер. Со стороны дороги до него донесся знакомый звук. Машина! Нет, не та, на которой они приезжали с Аленой, другая, но скоро она будет здесь. И спецназовец бросился бежать по дороге назад.

А Алена сидела на стволе дерева, поджав ноги, и не сводила глаз с машины, поставленной поперек дороги. Пальцы женщины впились в кору старого дерева. Сейчас ей хотелось только одного: чтобы вернулся отец, облегченно вздохнул и сказал, что все в порядке и можно уезжать. И опасность миновала, и что через час будем у своих, и все закончится! Но случилось все с точностью до наоборот. Алена услышала звук машины. Она ехала с той стороны, откуда и она приехала с отцом, оттуда, где лежали в кустах три убитых боевика. А если те, кто едет, нашли трупы?

Отца все не было, а машина уже появилась на дороге, она подъехала и остановилась возле брошенного отцом автомобиля. Два боевика с автоматами выскочили на дорогу и стали обходить пустой пикап, рассматривая его. Один из них стал указывать пальцем на разбитое стекло в задней части машины. Догадаются, что стекло разлетелось от пуль, или нет, Алена стиснула кулачки и тут же бросила взгляд на землю. В паре метров от ее ног поднялась голова кобры. Женщина онемела от страха, видя, как голова рептилии покачивается и поворачивается то в одну сторону, то в другую. Раздвоенный язык мечется, то выпрыгивая изо рта, то прячась. Внутри у Алены все похолодело, но каким-то чудом она вспомнила, что змеи плохо видят. Они чувствуют вибрацию, тепло, но видят плохо. И если не двигаться, то кобра тебя не увидит. А большое количество тепла, которое она ощущает, – это не добыча. Скорее она опасается, как бы крупное животное не наступило на нее. «Что делать, что делать?» – запаниковала Алена, сидя, как камень, на стволе дерева.

Но тут боевики снова тронулись на своей машине в путь. Они не стали трогать брошенный автомобиль, может быть, решили, что он заминирован, а может, и по какой-то другой причине, но водитель второй машины решил попытаться объехать пикап. Из-под колес, пробуксовавших на обочине, полетела рыхлая земля, затрещали сухие ветки.