Вот. Еще один верующий. При чем здесь боги?..

Всего‑то обычное человеческое участие.

Со всей этой культурной программой я вернулся к Маргарет намного позже, чем планировал. Солнце уже скатывалось к горизонту, и вечер нетерпеливо выглядывал из‑за углов улиц.

– Проходи, Алексей,– просто сказала Марго, открыв дверь.

В доме что‑то неуловимо изменилось. Оглядевшись, я понял, что это из‑за освещения. Когда я здесь был в прошлый раз, солнце светило почти прямо сверху. А витражи делались так, чтобы при изменении угла падения лучей менялась и цветовая гамма.

Красиво.

Преобразилась и Марго. Она сменила свой довольно строгий деловой костюм, в котором мы с Наташей встретили ее днем, на вечернее платье. Последнее было зеленым – чуть светлее того, что она надевала на Менигуэне. Зеленый цвет ей действительно шел.

И снова никаких украшений. Лишь неизменный браслет на правой руке.

– Ну как тебе город? – спрашивала тем временем Марго.

Я пожал плечами:

– С размахом строили. И со вкусом. Но он знавал и лучшие времена.

– Да, здесь быстро все разрушается. Сырость... Пойдем.

Она взяла меня за руку и увлекла за собой. На этот раз мы направились не в гостиную, а на второй этаж. Поднявшись по белоснежной лестнице, мы вошли в одну из дверей и очутились в небольшой комнатке с наклонным потолком из стекла, обильно освещенной косыми лучами заходящего солнца. Здесь не было витражей, а высота здания давала возможность без помех наблюдать закат. Город лежал внизу – прекрасный и пустынный, и оранжевые лучи раскрашивали белые стены.

В комнатке был накрыт стол. На двоих.

Марго пригласительным жестом указала на кресло, а сама села напротив.

Наклонный потолок переходил в стеклянную же внешнюю стену, и мы расположились к этой стене боком. Таким образом и я, и Марго могли видеть, что происходит снаружи.

...Могли наблюдать приход вечера.

Все‑таки она неравнодушна к красоте, подумал я.

– Алексей,– в голосе Марго вновь почувствовалось беспокойство.– Что случилось на Менигуэне?

Я пересказал ей все, что узнал от Наташи. Не густо, конечно.

Марго долго молчала. Я не выдержал:

– Ты что‑то хотела мне сообщить? Она словно очнулась.

– Я... Алексей, я даже не знаю, как мне извиняться перед тобой. Ведь это из‑за меня... Тебя едва не убили.

Где‑то в глубине моего мозга ехидный голос проскрипел: «Трогательная забота!» Стараясь обращать на него как можно меньше внимания, я сказал:

– Ладно, Марго, меня все‑таки не убили. Ты имела в виду нечто другое, когда говорила, что нам нужно встретиться наедине. Что?

Моя собеседница опустила глаза.

– Алексей, Эрик появился у меня в то же утро, когда тебя пытались убить. Сейчас я уверена в том, что он прилетел на Менигуэн раньше. Возможно, еще предыдущим вечером. Обнаружив, что меня нет дома, решил понаблюдать...

– И увидел нас вместе? Марго кивнула:

– Иначе я не представляю, как он мог выйти на тебя. Но мне он не говорил ничего. Значит, меня в чем‑то подозревают. Алексей, мне нужна твоя помощь.

– Я ведь обещал помочь. Что нужно сделать?

– Завтра собирается Совет...

При этих словах я дернулся. Марго быстро взглянула на меня, но, увидев, что я не собираюсь ничего спрашивать, продолжила:

– Да, здесь, на Горвальдио. Я прошу тебя пойти туда со мной.

– Гм.

Я задумался. Замечательно. Добровольно лезть в яму со змеями!

– И что на Совете?

– Ты выступишь как пострадавший и скажешь, что Эрик пытался тебя убить.

– Наверняка‑то я не знаю. Может, это был вовсе не Эрик.

– Больше некому.

– Возможно, ты и права.