— Достаточно, — произнёс я вслух, откладывая магофон. — Пора напомнить князю о старых традициях.

В зале собрались несколько моих ближайших соратников. Василиса устроилась в кресле у очага, Игнатий стоял у окна, Тимур Черкасский изучал карту на столе, а Коршунов привычно занял место в тени у двери.

— Я вызываю Сабурова на дуэль, — объявил я без предисловий.

Василиса удивлённо вскинула соболиные брови, но в итоге первой нарушила тишину, и в её голосе звучало удовлетворение:

— Отличная идея. Он труслив как заяц. Откажется — потеряет лицо окончательно. Согласится — ты размажешь его по площади. В любом случае мы выигрываем.

— Дело не в выигрыше, — покачал головой мой отец. — Честь рода Платоновых превыше любой политики. Эти оскорбления нельзя оставлять без ответа. Ты поступаешь правильно, сын.

Тимур оторвался от карты, и в его холодных глазах мелькнул интерес:

— Это изменит правила игры. Последние годы все прятались за спинами наёмников и пресс-секретарей. Ты возвращаешь личную ответственность за слова. Многие задумаются, прежде чем бросать необдуманные обвинения.

— Ядрёна матрёна, блестящий ход! — Коршунов вышел из тени, потирая руки. — Что бы этот прощелыга ни выбрал — мы в плюсе. Откажется от дуэли — все увидят его трусость. Согласится — вы его в порошок сотрёте. А если извинится публично — вообще красота будет!

Я кивнул и озвучил условия:

— Место — Покров, через сутки. Нейтральная территория для обоих княжеств. В Сергиев Посад он не поедет, испугается Оболенского.

Письмо получилось кратким и формальным. Я обвинял князя в клевете, порочащей честь древнего рода Платоновых, требовал сатисфакции согласно кодексу чести. Как вызывающий, я определял место — центральный парк Покрова. Как вызываемый, Сабуров имел право выбора оружия. Отказ означал бы публичное признание лжи и извинения. Бой до смерти или признания поражения.

— Стремянников передаст вызов по своим юридическим каналам, — сказал я, набросав текст, — а копию опубликуем в Эфирнете. Пусть все знают.

Через час вся информационная сеть гудела как растревоженный улей. Я следил за реакцией через магофон, и картина складывалась любопытная.

На федеральном канале «Содружество-24» Марина Сорокина срочно прервала плановую программу:

— Внимание, экстренный выпуск! Маркграф Платонов бросил вызов князю Сабурову! Впервые за пять лет мы можем стать свидетелями дуэли с участием правящего князя. Наши эксперты уже в студии…

В Пульсе — социальной сети, популярной среди молодёжи — мой вызов стал главной темой дня. Глупый хештег #МахачВПокрове набрал сотню тысяч упоминаний за два часа. Молодые аристократы восхищались «романтическим жестом», впечатлительные девицы писали о том, как это благородно — защищать честь рода.

Историки вспоминали знаменитые дуэли прошлого. Некий профессор Вяземский опубликовал целую статью о поединке князя Мстислава Храброго с боярином Курбским триста лет назад — тогда князь лично убил клеветника, обвинившего его в военной трусости.

Букмекеры открыли ставки. Большинство ставило на отказ Сабурова — коэффициент 1.