Военнопленные заслуживают суда и достойного обращения. Для карателей и мародёров есть только один приговор — смерть на месте.

«Хозяин! — запаниковал ворон. — Катастрофа! Сюда едет целая армия! Человек сто, все вооружены до зубов! Мы же все погибнем!»

Я выругался сквозь зубы. Теперь, когда мы подарили этим людям надежду, мы не можем бросить их без защиты. А теперь ещё и подкрепление противника на подходе.

Глава 2

Архип сидел в кабине головного грузовика, поправляя чёрную повязку на левом глазу. Три армейских «Берёзы-М» и два военных внедорожника двигались по разбитой дороге к Николополью. В кузовах тряслась сотня бойцов Грозовой Стражи — проверенных ветеранов, прошедших не одну кампанию. Старый командир откинулся на спинку сиденья, разглядывая единственным глазом утренний туман над полями. За десятилетия службы он научился чувствовать беду задолго до её появления, и сейчас что-то царапало его нутро тревожным предчувствием.

Грохот автоматных очередей донёсся издалека, заставив водителя притормозить. Архип резко выпрямился, прислушиваясь. Стрельба шла со стороны деревни — плотная, хаотичная, с характерным звуком разрывов гранат.

— Стоп, машина! — рявкнул одноглазый командир, и колонна замерла. — К оружию, быть наготове! Смотреть в оба!

Он выскочил из кабины, прихрамывая на правую ногу — старая рана от осколка давала о себе знать в сырую погоду. К нему уже спешили офицеры из других машин.

— Старшой, что за пальба? — спросил молодой лейтенант Вергизов, недавно уволившийся из регулярных войск.

— То-то и оно, что не знаю, — процедил Архип сквозь зубы. — Чёрные Молнии должны были в этих местах проходить, а громыхает так, будто целая рота штурмует укреплённый форт.

Старый волк обвёл взглядом своих офицеров — четверых опытных мужиков, с которыми прошёл огонь и воду. Каждый понимал, что лезть вслепую в неизвестную заварушку — верный способ положить всех людей и при этом ни заработать ни копейки.

— Кравчук, Семёнов, Рябых! — выкрикнул командир имена лучших разведчиков. — Живо ко мне!

Трое ветеранов выскочили из второго грузовика. Кравчук — жилистый мужик лет сорока с лисьей мордой и быстрыми глазами. Семёнов — бывший егерь, способный часами лежать в засаде без единого движения. Рябых — невзрачный тип с редким Талантом создавать невидимые магические сенсоры.

— Обойдёте деревню с трёх сторон, — приказал Архип, чертя палкой на земле примерную схему. — Кравчук — с запада через рощу. Семёнов — с востока по оврагу. Рябых запустишь своё око с севера, но сам не лезь близко. Через пятнадцать минут жду докладов. Ясно?

Разведчики кивнули и растворились в утреннем тумане. Архип вернулся к грузовику, достал из кармана помятую фляжку с домашней настойкой, сделал глоток. Молодой лейтенант покосился неодобрительно, но промолчал — не его дело учить старого командира.

Время тянулось медленно. Стрельба в деревне стихла, оставив после себя гнетущую тишину. Первым вернулся Кравчук, запыхавшийся и взмокший.

— Командир, видел издалека… — он перевёл дух, вытирая пот со лба. — Двухсотые[1] лежат. Чёрные Молнии, судя по униформе. Человек двадцать-двадцать пять точно.

Следом появился Семёнов, его камуфляж был испачкан грязью от ползания по оврагу.

— В самой деревне вооружённых не видел, — доложил он кратко. — Местные добивают трёхсотых[2]. Хаос полный, бабы с вилами бегают, мужики с топорами.

Архип нахмурился.