— Мы единый организм, — повторял я, переходя от одной группы к другой. — Щит — это кожа, алебарды — когти, ружья — клыки. Всё должно работать вместе.

К полудню, когда солнце уже нещадно палило, а на лбах бойцов выступили капли пота, я заметил первые признаки прогресса. Щитоносцы начали двигаться более синхронно, а алебардисты уже не мешали друг другу.

— Ещё раз, — скомандовал я, поднимая руку. — Построение!

На этот раз строй сформировался значительно быстрее. По моему сигналу вся конструкция плавно двинулась вперёд, затем повернула, затем снова выровнялась. Это всё ещё далеко от совершенства, но уже гораздо лучше, чем утром.

— Теперь представьте, что перед вами Бездушные, — продолжил я. — Не один, а десяток. Они быстры и сильны, но действуют почти без координации. Их преимущество — в численности и отсутствии страха.

Я подобрал длинную палку и начал имитировать атаки на разные участки строя. Щитоносцы напрягались, отражая удары, а алебардисты тут же контратаковали.

— Не теряйте строй! — кричал я, нанося всё более сильные удары, ко мне подключилась ещё тройка охотников, изображая удары с разных сторон. — Держитесь вместе!

К моему удивлению, они держались. Даже когда я усилил натиск, линия щитов прогнулась, но не сломалась. Строй начал действовать как единый механизм, где каждая часть поддерживала другую.

— Вот это уже лучше, — похвалил я, опуская палку.

После короткого перерыва мы отработали манёвр окружения, когда строй изгибается полумесяцем, охватывая противника с флангов. Затем — экстренное перестроение при прорыве линии. И, наконец, организованное отступление, когда щитоносцы по очереди отходят назад, а их места тут же занимают другие.

— В бою всё будет иначе, — предупредил я, когда солнце начало клониться к закату. — Будет страх, будет хаос, будут раненые. Но если вы запомните основы, если будете держаться вместе — у вас будет шанс выжить.

Лица бойцов были усталыми, но в их глазах я видел понимание. Они начали осознавать силу организованного строя, преимущество слаженных действий над индивидуальным героизмом.

— На сегодня достаточно, — объявил я. — Завтра продолжим.

Когда люди разошлись, я остался на тренировочной площадке, размышляя о предстоящем сражении. Мой отряд уже не выглядел безнадёжным, но до настоящей боевой единицы ему было ещё далеко.

— Как думаешь, воевода, они справятся? — спросил подошедший Борис, глядя вслед уходящим бойцам.

— Должны, — ответил я. — У них нет выбора. У нас всех его нет.

Я знал, что многое в предстоящей операции будет зависеть не от тактических построений, а от магии моей и девушек, но даже самый сильный чародей беззащитен, если его спину не прикрывают надёжные бойцы.

— Завтра усложним задачи, — решил я. — Добавим внезапные атаки со спины и отработаем действия в условиях ограниченной видимости.

Борис молча кивнул. Он понимал, насколько серьёзным было наше предприятие. От успеха этой операции зависело не только устранение угрозы, но и будущее объединение окрестных деревень под моим началом. А для этого мне требовалось не просто победить, но и минимизировать потери.

На следующий день я в компании Агафьи стоя за воротами деревни.

Дымянка, собранная моей дружиной, оказалась отличного качества. Серовато-чёрные стебли с мелкими листьями источали характерный горьковатый запах.

— Вот, смотри, — сказал я Агафье, растирая между пальцами сухой лист. — Сама по себе Дымянка просто источает неприятный дым, но в сочетании с другими веществами она обретает новые свойства.

Старуха с интересом наблюдала за моими действиями. Её морщинистое лицо выражало скептицизм, но любопытство всё же взяло верх.