— Отец, ты тот случай едва ли не каждый месяц вспоминаешь! — напоказ возмутился Святослав, но тут же присоединился к моему смеху.

— Как чудесно видеть сына Лизаветы во цвете лет! — его отец на миг умолк, видимо, вспомнив сестру. — Ты так похож на своего деда… тот же взгляд, тот же волевой подбородок. Как там поживает батюшка? Надеюсь, ты погостишь у нас? Нужно отпраздновать встречу!

— У него всё хорошо. Что касается вашего предложения, боюсь, это невозможно, — с искренним сожалением ответил я. — У меня слишком много дел в Угрюмихе. Святослав, вероятно, рассказывал о моём шатком положении. Пока оно не стабилизировалось, боюсь, мне до веселья. Но я непременно вновь приеду в Муром, когда ситуация исправится, и с радостью навещу ваш дом.

— Тогда не будем тебя задерживать, — кивнул Волков-старший. — Но машину мы тебе подберём отличную! Геннадий, покажи боярину нашего нового «Муромца». Это именно то, что нужно для лесных дорог. Но прежде… Я в неоплатном долгу перед тобой, Прохор, — его голос стал теплее, а лицо смягчилось.

Управляющий с присущей ему проницательностью предпочёл отойти прочь, позволив нам побеседовать по душам.

Волков-старший продолжил:

— Слава поведал мне, от какой беды ты и твои товарищи его уберегли. Спасибо! Возможно, он не рассказывал тебе, но его уже дважды пытались… устранить из-за его журналистских расследований.

— Отец! — укоризненно произнёс Святослав.

— Что? Это правда, — отрезал тот. — И если бы не ваше вмешательство… — он замолчал, но в его глазах читалась искренняя благодарность. — А ты, шалопай, — суровый отцовский взор обратился на Святослава, — опять чуть не пострадал. И всё ради своих статеек! Посмотри лучше на своего кузена! — в его голосе прозвучало раздражение. — Вот кто занимается серьёзным делом! Ему дали глухую деревню, а он уже с капиталом и укрепил своё положение.

Святослав опустил глаза, и я решил вмешаться.

— Не хочу показаться невежливым, — обратился я к дяде, — но без вашего сына многие люди бы пострадали. А некоторые — погибли.

Аркадий нахмурился:

— Что ты имеешь в виду?

— То, что никто бы не узнал о грехах Горевского, если бы не настойчивость Славы, — я положил руку ему на плечо, сжав на миг, чтобы вселить в него уверенность. — Он собирал информацию неделями, находил свидетелей, записывал показания. И когда пришло время действовать, он не побоялся рискнуть всем, включая собственную безопасность. Именно благодаря его журналистской работе мы смогли спасти одного из студентов и, возможно, спасём и остальных.

Волков-старший выглядел озадаченным, явно переосмысливая свою позицию.

— Настоящее благородство, — добавил я, — не в титуле, а в готовности служить обществу. Да и честь мужчина проявляет не только на поле брани, но и в мирной жизни. Святослав сделал именно это.

— Слова не мальчика, но мужа, — хмыкнул Аркадий после долгой паузы, во время которой он явно взглянул на увлечение сына с другой стороны.

Его голос звучал уже не так сурово и раздражённо, а скорее задумчиво и даже с нотками гордости.

— Ты прав, Прохор. Я не думал об этом в таком ключе… Не мне судить о выборе профессии моего сына. Главное, что он нашёл своё призвание и следует ему с честью и отвагой.

Он повернулся к Святославу и положил руку ему на плечо:

— Прости, сын.

Кузен буквально просиял, услышав эти слова.

Подошедший управляющий деликатно кашлянул, напоминая о своём присутствии:

— Прошу прощения… Господин Платонов, желаете ознакомиться с нашим ассортиментом?

Я кивнул и последовал за ним, оставив отца и сына наедине.