— К южной стене, — приказал Оболенский. — Закроем эту брешь. А потом разберёмся, кто организовал эту бойню.

Колонна, сметая встречных Бездушных, устремилась к эпицентру катастрофы. Князь понимал — предстоит битва, от исхода которой зависит судьба всего города.

Глава 3

Я вцепился в поручень, когда наш Бурлак резко дёрнулся вправо. Безбородко крутанул руль с такой силой, что внедорожник едва не встал на два колеса. Очередной Трухляк остался позади — раздавленная масса гнилой плоти на асфальте. Десятый за последние полчаса.

— Держись крепче, воевода! — крикнул пиромант, не отрывая взгляда от дороги. — Впереди ещё трое!

Мощный бугель нашего внедорожника с глухим ударом встретил первую тварь. Хруст костей, брызги чёрной жижи по лобовому стеклу — и мы уже мчались дальше. Безбородко включил омыватели, размазывая грязь по стеклу.

Я покосился на спидометр — стрелка колебалась между ста двадцатью и ста тридцатью. Для тракта между Владимиром и Сергиевым Посадом это была безумная скорость, но времени у нас не оставалось. Каждая минута промедления означала новые жертвы в городе.

Достав из походной сумки кожаный футляр, я извлёк гроздь флаконов с боевыми эликсирами на силу, скорость и выносливость, а также особые на основе Лунного покрова для магов. Зарецкий успел передать их перед самым выездом. По его словам, эффект должен был продержаться часа три-четыре. Как раз на одну хорошую заварушку.

— Черкасский! — повернулся я назад. — Лови!

Тимур поймал брошенный флакон одной рукой. Его холодные глаза внимательно изучили поблёскивающую жидкость внутри.

— Лунный покров? — понимающе кивнул пиромант.

— Он самый. Передай Вельскому.

Геомант принял флакон с некоторой опаской. Как и остальные маги, он уже принимал подобную химию во время отражения штурмов и хорошо знал цену, которую его телу придётся заплатить по окончании действия препарата.

Из грузового отсека донёсся приглушённый стон. Я усмехнулся — троим спецназовцам там приходилось несладко. Когда распределяли места, Евсей, Михаил и Гаврила вытянули короткие спички.

— Эй, там сзади! — крикнул я. — Живы ещё?

— Воевода, тут как в огуречной кадке! — отозвался Гаврила. — Михаил мне локтем по уху заехал!

— Сам виноват! — огрызнулся тот. — Нечего было на меня падать!

— А куда мне деваться, когда Евсей всем своим весом навалился?

Лишь Ярослав, которому досталось нормальное место на заднем сидении широко улыбался во всю пасть.

— Заткнитесь оба! — рявкнул я. — И держитесь крепче, пока башкой об стенку не приложились!

Даже перед боем мои бойцы умудрялись устроить базар. Впрочем, это даже к лучшему — значит, духом не падают.

— Слушайте приказ! — повысил я голос. — Эликсиры пить только по моей команде, когда подъедем к городским стенам. Раньше ни-ни — эффект ограничен по времени.

— Понял, воевода! — откликнулся Вельский.

Достав магофон, я набрал первый номер. Гудки показались бесконечными, прежде чем раздался знакомый голос.

— Алло?

— Родион, докладывай обстановку.

— Прохор Игнатич! — в голосе начальника разведки послышалось облегчение. — Мы забаррикадировались в доме на Покровской, это северная окраина. Со мной Карпов и ещё пятеро ветеранов. Боеприпасов хватает, провизии тоже.

За спиной Коршунова раздались выстрелы — короткие очереди из автомата.

— Простите, пришлось прерваться. Парочка Трухляков заглянула в окно. Уже разобрались.

— Массовый штурм?

— Пока нет.