— И что ты хочешь, чтобы я сделал, Марко?

Бросить его на произвол судьбы казалось самым разумным. Но кости велели мне обрести нового друга, а разумный выбор — это предсказуемый выбор, что на данной стадии не означало спасение от гибели.

— Мне нужна комната.

— Это я могу устроить.

Я пошел один, отловил за шкирку уличного мальчишку и за медную монетку узнал дорогу в гостиницу. Тяжелая старинная дверь, к которой меня привел парнишка, выглядела непривлекательно — совсем одна на фоне широкой белой стены. Я постучал, и из-за решетки на меня уставилась женщина. Старая карга, старше истертого дерева и ржавых гвоздей. Она распахнула дверь. Слишком морщинистая и согбенная, чтобы носить покрывало и блюсти скромность, она окинула меня неодобрительным взглядом и провела внутрь. Интерьер удивил меня. Короткий коридор вел во внутренний дворик, где лимонные деревья росли в тени балконов, поднимающихся на четыре этажа с каждой стороны. Изразцы украшали все поверхности, белые и голубые, с геометрическими узорами. Иллюзия прохлады, но все же.

Я взял две комнаты, заплатил медными монетами полудюжины стран и пошел за Марко. Он ждал там, где карга не могла увидеть его из-за решетки, и я пропустил мимо ушей ее резкие гортанные жалобы, таща чемодан по коридору. Банкир следовал за мной.

— Слишком маленькая, — сказал Марко.

Пот тек с него ручьями, но ему, казалось, было все равно. Я еще не видел, как он пьет. Неудивительно, если скоро он начнет съеживаться. Что-то в нем взывало к магии смерти во мне, к сердцу некроманта. Пальцы начало покалывать.

— Слишком маленькая для чего?

Я рухнул на чемодан. Тащить его на второй этаж оказалось тяжеловато.

Марко нахмурился. Я привык считать, что банкиры, особенно путешествующие, несколько более дипломатичны и умеют скрывать свое истинное отношение, но этот совершенно откровенно выказывал свою неприязнь ко мне. Возможно, у него среди золота лежал амулет, но я пока ни того, ни другого в глаза не видел.

— Ты должен мне за комнату и за проводника, банкир.

— Проводника? Какой-то оборвыш завел тебя невесть куда.

— Оборвыш, которому я заплатил, — сказал я, не поднимаясь с чемодана.

— Я все подсчитываю, сэр Йорг. А теперь, если будешь так любезен и оставишь меня одного…

Я поднялся и ушел к себе в комнату, где тут же снова рухнул. Я лежал с закрытыми глазами, представляя резкие ветра над ледяными плечами Хальрадры. За полгода я пересек половину Империи. И, как Златовласка, я вечно жаловался — то мне было холодно, то жарко. И в первый раз мне хотелось назад в горы, туда, где все как надо. Впервые я думал о своем королевстве как о доме.

Если долго смотреть на растрескавшийся потолок, ум начинает блуждать. Список причин, что привели меня сюда. Список ответов, которые я мог бы дать на этот вопрос. Ни один из них сам по себе не был удовлетворительным, но вместе они вполне убедительно объясняли, зачем я ввязался в эту глупость. Оррин из Арроу направил меня, рассказывая об океанах и далеких странах. Возможно, я думал, что, если расширю свои горизонты, заполучу часть его магии. Фекслер Брюс направил меня, мигнув красным огоньком, что горел сейчас над калифатом Либы. Любопытство привело меня в Иберико и привязало к пыточному столбу Плохих Псов.