Она крикнула мне слова прощания у самых ворот, но дальше не пошла. Еще она попросила меня не оборачиваться, и все-таки я бросил взгляд назад, едва успев ступить на твердую почву. Факел погас, а зловещие часовые больше не сидели на парапете, как будто то, что я увидел сегодня ночью, было всего лишь иллюзией.

 Редкая привилегия на получение аудиенции в королевском кабинете досталась мне именно тогда, когда я совсем не был к этому готов. На этот раз отец отпустил всех, даже писарей, чтобы мы могли поговорить наедине. Значит, дело действительно было серьезным и неотложным. Лишь только я успел притворить за собой дверь, как отец начал читать обычные нотации о том, как мне следует вести себя, чтобы не вызывать кривотолки. Он всего лишь оттягивал момент перед тем, как сообщить мне что-то важное.

 -- Флориан когда-нибудь показывал тебе крепость отведенную для суда инквизиции? -неожиданно спросил он.

 -- Да, серое монолитное здания со множеством часовых и королевским штандартом, - кивнул я, припоминая угрюмые зубцы крепостной стены, вздымающиеся над верхушками вековых елей.

 -- Ты знаешь, чем занимаются судьи, поставленные, чтобы следить за порядком в этом месте?

 -- Ходят разные слухи, говорят, что многие из этих судей монахи или отпрыски аристократических семей, оставшиеся без наследства. Они осуждают шарлатанов и обманщиков, выдающих себя за великих прорицателей, - я пытался припомнить все, о чем слышал.

 -- В нашей стране инквизиция - это всего лишь орден, основанный много веков назад и наделенный властью, чтобы расправляться со слишком дерзкими людьми, обвиняя их в колдовстве. Однако сейчас суеверие служит поводом для насмешек, хотя иногда спокойствию честных граждан, действительно, мешает кто-то способный проделывать невероятные вещи. - Как всегда толкование проблемы было настолько дипломатичным, что непросвещенный человек вряд ли смог бы все понять. Отец говорил лишь самое необходимое, обо всем остальном я должен был догадаться сам.

 -- Зачем мне все это знать? - я сосредоточил взгляд на гобелене, изображавшем сцену с единорогами.

 -- Ты становишься опасен, - король сказал это так тихо, что я едва расслышал. - Не поддавайся обману, не верь незнакомцам. Найди в себе силы, чтобы бороться со злом!

 Может быть, мне только показалось, что я слышу эти слова.

 -- Ты пытаешься пересечь границу между мирами, но ее нет.

 -- Я всего лишь хочу доказать, что рядом с людьми живут те, чьи силы и таланты во много раз превышают человеческие.

 -- Как раз поэтому выдающихся поэтов слишком часто отправляли на костер, - как бы между прочим заметил король. Я кивнул, потому, что знал некоторые фрагменты исторических событий.

 -- Разве я призывал демонов? - невольно сорвалось у меня с языка.

 -- Эдвин, в замке ты живешь не один. Ты окружен людьми, которые без стеснения будут следить за каждым твоим шагом. Лакеи клянутся, что слышали в твоей комнате голоса, перебранку и зловещий смех, но стоило отворить дверь и заглянуть внутрь, как там уже никого не было.

 -- Голоса? - я почувствовал, как пол покачнулся у меня под ногами и упал бы, если б не уперся спиной в стену. Значит, купец подсунул мне колдовской фолиант, а я теперь должен вести ответственность за то, что принял подарок от путешественника. Интересно, у кого это вдруг нашелся запасной ключ от моей комнаты. Насколько я знал ключ, который лежал в кармане моего камзола до сих пор был единственным, с помощью которого можно было открыть дверь в башню и мои апартаменты.

 -- Достаточно всего лишь слухов и того, что кто-то назвал тебя эльфом, - как сквозь дымку донесся до меня голос отца, - когда волнение достигнет предела, то даже я не смогу сдержать праведный гнев толпы.

 Конечно же, король преувеличивал.