Я мысленно сосредоточился.

Травка?

«Кто же ещё? — в её мысленном голосе прозвучало что-то тёплое, похожее на мурлыканье довольной кошки. — Листик, что я дала тебе… он не просто залечил твою рану. Частичка моей силы теперь в тебе. Она укрепила нашу связь. Теперь мы можем говорить, даже если между нами весь этот ваш шумный, каменный город».

Спасибо, — подумал я, и благодарность была абсолютно искренней. — За то, что спасла.

В ответ я почувствовал волну чего-то похожего на игривую гордость.

«Ты почувствовал лишь малую часть моей силы, человек. Этого хватило, чтобы залатать дырку в твоей шкуре. В следующий раз могу показать это более… буквально».

Я криво усмехнулся в темноте. Звучало как обещание и угроза одновременно. С этими природными духами нужно держать ухо востро.

Но потом её тон резко изменился. Игривость исчезла, уступив место холодной, древней серьёзности. Той самой, с которой говорят о вещах вроде зимы, голода или смерти.

«Я говорю с тобой не просто так. Я чувствую тьму. Она сгущается вокруг твоего… очага. Вокруг тех, кто тебе дорог».

Я напрягся, отгоняя остатки сна.

Тьму? Что ты имеешь в виду?

«Это не просто злоба, человек. Не горячая ярость, как у зверя, защищающего свою нору. Это другое. Липкая, холодная паутина. Тонкая, почти невидимая. Магия. Они затеяли что-то скверное».

В голове тут же всё встало на свои места. Рат. Он говорил, что боится. Что крысы у поместья Фатимы тормозят и ощущают нечто тёмное. Они не знали, как это описать, но говорили о Тьме. И Травка смогла дать этому название. Магия.

Алиевы, — подумал я. Это мог быть только их ход. Фатима, эта старая змея, поняла, что грубой силой и деньгами меня не взять. И решила сменить тактику.

Рат тоже что-то чувствовал, — передал я ей. — Но я не знаю, чего ждать. Я не разбираюсь в этом.

«Тебе и не нужно разбираться, — её голос снова стал спокойнее, но в нём слышались стальные нотки. — Тебе нужно быть начеку. Смотреть. Слушать. Чувствовать. Твои враги думают, что ты просто повар. Пусть и дальше так думают. Это твоё главное оружие».

Пауза. Я чувствовал, как её внимание ускользает, словно луч солнца, скрывающийся за тучей.

«Я должна идти. Лес зовёт. Но я буду рядом. Я помогу, если увижу, что ты сам не справляешься, но… будь внимателен, человек».

И её голос исчез. Так же внезапно, как и появился. В комнате снова воцарилась обычная ночная тишина, но теперь она казалась обманчивой. Я больше не был один.

Я лежал, глядя в чёрный потолок, и переваривал информацию. Итак, что мы имеем? Помимо экономической войны и бандитских разборок, в игру вступила третья сила. Магия. Не та дешёвая дрянь в пакетиках, которую сыплют в еду, а настоящая. Тёмная и, судя по всему, опасная.

Паники не было. Я воспринял это как новую переменную в уравнении. Ещё одну сложность, которую нужно учесть.

Повар против ведьмы. Звучит как начало плохого анекдота. Но мне почему-то было совсем не смешно.

* * *

Понедельник на студии «Зареченск-ТВ».

Вокруг царил организованный хаос. Какие-то хмурые мужики в рабочих комбинезонах таскали по полу толстые чёрные провода, похожие на сонных змей, оператор басом ругался на осветителя, а сама Светлана Бодко металась по площадке, выкрикивая команды в маленький микрофон, болтавшийся у неё на шее.

А я стоял в самом центре этого урагана, на небольшом островке тишины, и чувствовал себя диковинным зверем в клетке. Специально для меня соорудили целую кухню. Маленькую, но на вид до смешного уютную: светлые деревянные шкафчики, блестящие кастрюльки на крючках, пучки сушёных трав, свисающие с потолка.