— От этой блестящей тётки, — начал он свой вечерний отчёт, — несёт такой химией, что у меня чуть усы не отвалились. Ядрёный коктейль из дешёвых духов, лака для волос и какой-то магической дряни, от которой у нормальных крыс начинается линька. А вот тот, нервный, который вечно потеет… этот точно что-то недоброе задумал. От него несёт страхом.

Я молча залил кипятком чайные листья в чашке и прислонился спиной к холодильнику. Рат был лучше любой службы безопасности. Его нос — гениальный детектор лжи, страха и всякой человеческой грязи.

— Спасибо тебе за подробный анализ, усатый, — я сделал большой глоток чая, который приятно обжёг горло. — Мне как раз очень не хватало экспертного крысиного взгляда на эти вещи. Задача номер один для тебя на ближайшее время — сидеть в этом номере. Тише воды, ниже травы. И нос свой на улицу не высовывать. Особенно держись подальше от этой Антонины. А то она, не ровен час, поймает тебя и пустит в суп в качестве «пикантной нотки из дичи» для своего очередного кулинарного шедевра. Уж поверь, она на такое точно способна.

— Очень смешно, — фыркнул Рат, но на всякий случай всё же отодвинулся подальше от двери, поближе ко мне. — Ты лучше скажи, с потным-то что делать. За ним присмотреть?

— Обязательно, — серьёзно кивнул я. — Но очень, очень осторожно. Он просто пешка. И если он что-то задумал, это значит, что за ним стоит кто-то покрупнее. Кто-то, кому очень не хочется, чтобы я победил в этом балагане. Но лучше доверь это своим городским…

Не успел я договорить, как на столе тихонько пиликнул мой смартфон. Входящий видеозвонок. Я бросил взгляд на экран и похолодел. Максимилиан Дода.

Я махнул рукой Рату, чтобы тот немедленно спрятался, и провёл пальцем по экрану. Крыс испарился так быстро и бесшумно, будто его и не было вовсе. На экране появилось слегка расплывчатое, но знакомое лицо Доды. Он выглядел усталым, но глаза… глаза у него были цепкие. Он не стал тратить время на пустые приветствия.

— Игорь, — его голос из динамика прозвучал ровно и сухо, без малейшего намёка на дружелюбие. — Надеюсь, встретили вас дружески. Иначе даже боюсь представить, что вам уготовано. Хотя… мы два взрослых человека и понимаем, ради чего был затеян весь этот спектакль.

Я молча слушал, ожидая, когда он перейдёт к главному. Дода был не из тех людей, кто звонит, чтобы просто поинтересоваться о здоровье. С другой стороны, я слишком ценный для него актив, можно и переступить через себя, чтобы позвонить повару, который в будущем принесёт тебе миллионы. И да, примерно на такие суммы я и рассчитывал.

— А теперь слушай меня внимательно, — продолжил он, чуть подавшись вперёд, так, что его лицо заполнило собой весь маленький экран. — Этот конкурс, это дурацкое шоу… это для тебя идеальная сцена. Ты для меня сейчас не повар, приехавший из Зареченска. Ты — бренд. Живой, дышащий и говорящий бренд под названием «Честный вкус от Белославова». Ты это понимаешь?

Я медленно кивнул. Ещё бы я не понимал.

— Пока ты там, на этой арене, будешь очаровывать домохозяек своей честностью и бросать вызов этим напудренным аристократам, я начну работать. Прощупывать почву. Искать хорошее помещение. Договариваться с нужными чиновниками. Я собираюсь открыть первый «Очаг» прямо там, в Стрежневе. Под самым носом у графа Ярового и его дружков. Но чтобы это сделать, мне нужен таран. Понимаешь, о чём я? Мне нужны твои победы. Каждая твоя удачная фраза в эфире, каждый восторженный отзыв в газетах, каждая твоя маленькая победа на этом дурацком шоу — это мой снаряд. Снаряд, которым я буду пробивать толстую стену местных бюрократов, их взяток и откатов.