Машина резко затормозила. Меня качнуло вперёд.

— Приехали, — сказал таксист, и в его голосе прозвучала злая насмешка.

В ту же секунду задняя левая дверь распахнулась. Я не успел среагировать. Я ждал угрозы от водителя, но удар пришёл снаружи.

В салон ввалилось что-то огромное.

Я дёрнулся, пытаясь ударить локтем наугад, в тесноте салона это было единственное доступное оружие. Мой локоть встретил что-то твёрдое, послышался сдавленный рык, но нападавший был слишком тяжёл. Он навалился на меня всей массой, вдавливая в сиденье.

— Тихо! — рявкнул бас над ухом.

Профессионально. Никаких лишних ударов, никакой суеты. На мою голову с силой натянули плотный мешок. Мир погрузился в темноту, пахнущую пыльной мешковиной.

Я рванулся, пытаясь скинуть амбала, но в этот момент услышал шипение. Звук, с которым выходит газ из баллончика.

Таксист. Он обернулся и прыснул чем-то прямо в ткань мешка, в районе моего лица.

Не дышать! — мелькнула паническая мысль.

Я задержал дыхание, но было поздно. Газ оказался тяжёлым и едким. Он просачивался сквозь волокна ткани, впитывался в кожу. Это была не магия. Против магии у меня была защита, моя кровь сожрала бы любое сонное заклинание. Но это была химия. Старая добрая химия, против которой нет приёма, кроме противогаза.

Глаза защипало, лёгкие обожгло огнём, когда я рефлекторно вдохнул после удара под рёбра.

Сознание начало мутнеть мгновенно. Тело стало ватным, чужим. Руки, которые минуту назад были готовы драться, бессильно сползли по кожаной куртке нападавшего.

— Тихо, тихо, шеф, — голос таксиста доносился словно из колодца, гулкий и далёкий. — Ты нам нужен живым. Тебя ждут на другой кухне.

На другой кухне… — вяло подумал я, проваливаясь в вязкую, липкую темноту.

Глава 9

Мир вернулся ко мне не с пением птиц и не с лучом солнца. Он ворвался в сознание резким запахом нашатыря. Этот запах пробил нос до самого мозга, вышибая слезу и заставляя лёгкие судорожно хватануть воздух.

Я не закричал. Крик — это пустая трата энергии, а она мне сейчас была нужна. Вместо паники сработал профессиональный рефлекс. Я повар. Моё тело — мой инструмент. Первым делом инвентаризация.

Пошевелил пальцами рук. Работают. Не сломаны, не связаны. Это главное. Потом проверил ноги. Тяжёлые, ватные, будто налитые свинцом — последствия газа, но чувствительность есть. Я провёл языком по зубам. Все на месте. Язык цел, прикуса нет.

Только после этого я открыл глаза.

Картинка плыла, собираясь из мутных пятен в чёткие контуры. Я сидел на обычном офисном стуле посреди небольшой комнаты. Стены серые, бетонные, без окон. Под потолком одинокая лампа в металлической сетке. Напоминало морозильную камеру, из которой по какой-то ошибке вынесли все продукты.

Напротив меня сидел человек.

На вид ему было лет сорок. Серое пальто, аккуратная стрижка, лицо… никакое. Абсолютно незапоминающееся. Встретишь такого в толпе — и взгляд просто соскользнёт. Идеальная внешность для шпиона или налогового инспектора.

А вот за его спиной, переминаясь с ноги на ногу, стояли двое громил. Те самые «таксисты» и «пассажиры». Сейчас они выглядели жалко. Головы опущены, плечи ссутулены, вид виноватый, как у поварят, пересоливших бульон для банкета.

— Прошу прощения за резкое пробуждение, Игорь Иванович, — голос у человека в сером был тихий, спокойный и такой же бесцветный, как и его пальто. — И за мешок тоже извините. Мои сотрудники… проявили излишнее рвение.

Он сделал лёгкий жест рукой, не оборачиваясь.