— Руки помнят, — просто ответил я, и эта фраза имела для меня куда более глубокий смысл.

Мы ели в тишине. Когда с едой было покончено, Настя долго смотрела на меня, а потом тихо, почти шёпотом, сказала:

— Ты так сильно изменился после того падения… Папа бы точно оценил. Он ведь тоже был поваром. Ты же знаешь, его все в нашем Зареченске любили. Считали одним из лучших.

Она тяжело вздохнула, и её лицо помрачнело.

— Я до сих пор не могу поверить в то, что случилось. Они сказали, что он отравил того чиновника из администрации… Но это же полная ложь! Папа был добрым и простым человеком, он бы и мухи в жизни не обидел. Кто-то его подставил, я в этом уверена. Но я совершенно не понимаю, кому и зачем это было нужно. Мы жили очень небогато, почти бедно, врагов у него никогда не было. А после этого… все наши друзья, все, кто его так хвалил и постоянно напрашивался в гости на ужин, отвернулись от нас. Просто в один день. Будто мы прокажённые.

Я слушал её и с каждой секундой всё отчётливее понимал, что попал. Оказался в самом центре какой-то грязной, провинциальной драмы в совершенно чужом для меня мире. Зареченск… Тихий городок со своими страшными тайнами.

— Настюш, — я протянул руку и накрыл её маленькую ладошку, нежно сжав. Тело Игоря отозвалось тёплой братской любовью, и это было довольно приятное чувство, ведь в прошлой жизни я был один и… может, здесь я смогу понять, что такое настоящая семья? — Мы справимся, ты же сама сказала, — после моих слов на лице девушки появилась робкая и милая улыбка. — Кстати, надо бы прибраться, сегодня у нас будут гости.

— Что⁈ — испуганно воскликнула она, широко распахнув глаза. — Игорь, о таком предупреждать надо!

— Да, прости, моя вина, — хотя на самом деле меня забавляло её поведение. — Но я не успел, ты так уплетала мою стряпню, что я не хотел портить момент.

— И то верно, — скромно улыбнулась девушка. — Так… и кого ты пригласил?

— Мясника и его семью.

И вот что случилось потом, сложно передать слова, но я попытаюсь.

— Игорь, ты с ума сошёл⁈ — ни с того, ни с сего взвилась Настя. — Ты пригласил к нам самую придирчивую женщину в городе! Ты забыл кто она?

— А кто она? —уточнил я, так как память игоря молчала.

— Ну ты даешь! — продолжала горячиться сестра, — ее все знают! Она в Городском Попечительском Совете заправляет. К ней сам мэр прислушивается!

Тут у меня неожиданно всплыло в памяти… Попечительские советы имелись при каждой мэрии. Этакий совещательный орган, изображающий подобие демократии. Но кое-где судя по словам Насти действительно игравший какую-то роль.

— А Степан⁈ — сестра прожгла меня взглядом, — Да ты хоть знаешь, какой он авторитет имеет среди горожан⁈ Думаешь, он только топором на рынке машет. Он… да он… каждый мужик ему чем-то да обязан! Как… как у тебя это получилось⁈ В один день…

— Тише, тише, — я попытался её успокоить, и вроде бы получилось. По крайней мере, моя названная сестрёнка заметно утихла.

— Да, прости, — произнес я.

Что ж, в чём-то она была права, я пригласил в дом тех, о ком ничего не знаю. Промах каких я никогда не совершал в прошлой жизни. Точнее, после того, как совершил уйму ошибок, но выучился на них. И вот… снова вляпался по собственной глупости.

— Согласен, нехорошо получилось, — я постучал пальцем по виску, — голова до сих пор плохо соображает. Но выхода у нас нет, сегодня они к нам придут. И раз уж так сложилось, то ты просто обязана всё мне о них рассказать.

— Ох… Игорь, — вздохнула Настя и сокрушённо покачала головой.