– На твоем месте я бы этого не делал, – внезапно похолодевшим голосом произнес метис, сузив стальные глаза.

Келли, мгновенно приведенная в чувство, медленно опустила руку и, собрав всю свою волю и достоинство, удалилась из зала, надеясь, что никогда больше не увидит Калеба Страйкера.

Глава 5

Расширенными глазами Келли смотрела на миссис Колтон.

– Вы говорите это серьезно?

– Вот именно, мисс.

– Но вы же не можете выкинуть меня на улицу!

– Именно это я и собираюсь сделать. Сегодня вам было угодно сделать из себя посмешище. Вылили воду на колени господина Дугана, разбили посуду, а она, между прочим, денежек стоит, потом испортили суп господина Поула. Вы же могли нанести ему серьезный ожог! К тому же расселись на коленях у посетителя! Мое заведение славится своей респектабельностью, и я не потерплю прислугу, обесчестившую себя столь непристойным поведением.

– Клянусь, это никогда не повторится!

– Рада это слышать. – Мод Колтон обвела комнатку Келли долгим оценивающим взглядом. – Вы оплатили проживание вплоть до завтрашнего утра. После чего, надеюсь, подыщете себе что-то более подходящее. Вы меня поняли?

– Но… – Келли закусила губу. Ей не хотелось унижаться перед миссис Колтон. – Да, мадам, я все поняла.

Коротко кивнув, Мод Колтон резко повернулась и гордо вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Келли оцепенело уставилась на дверь. Что теперь делать? Куда идти? В пансионе и ресторане она работала за пару долларов в неделю, да еще за стол и кров. Гроши, что удавалось отложить, она тратила на одежду, так как после пожара у нее ничего не осталось.

– Мамочка, милая моя мамочка, – шептала несчастная девушка, – что же мне теперь делать, куда податься?

Глядя невидящим взором на коврик из грубой холстины под ногами, она стала раздумывать о будущем. Место в каком-нибудь приличном доме найти очень трудно; в особняках уже давно заправляли делами чинные дворецкие, в магазины же владельцы предпочитали брать в услужение собственных жен или других домочадцев. Оставались салуны. Келли содрогнулась от мысли, что придется прислуживать в игорном зале одного из подобных сомнительных заведений, выстроенных по обеим сторонам главной улицы Шайенна, обносить пьяных ковбоев и подпасков спиртным и помогать пьяным подниматься вверх по лестнице… Нет, это невозможно.

Она потрясла головой. Она на такое не способна. Лучше умереть с голоду, мрачно подумала она и вздохнула. Может, на ней лежит пятно позора, может, ей навсегда уготована подобная участь? Тогда и не стоит противиться судьбе. Ведь ее мать работала в салуне «Майнерз рест», тогда-то Дункан Страйкер, познакомившись с ней, стал навещать заведение, и вскоре мама стала его постоянной партнершей.

Помимо воли в глазах Келли заискрились слезы. Как же не плакать, когда все, абсолютно все в Шайенне знали, что ее мать была любовницей Дункана Страйкера! В последние четыре года, где бы ни показывалась Келли, в глазах встречных женщин она читала неодобрительную усмешку, говорящую о том, что им все известно. Мужчины же перешептывались за ее спиной, нисколько не заботясь, слышит ли она их слова о том, станет ли дочь столь же доступной, как и мать, когда немного подрастет.

Тыльной стороной ладони Келли вытерла слезы. Все равно, теперь она выросла и даже чувствовала себя намного старше своих семнадцати. Ей уже достаточно много лет, и она оказалась на грани нищеты. Но никогда, никогда не пойдет на что-нибудь низкое. Ни-ког-да!

Она выпрямилась на кровати, потерла затылок и взглянула на литографию матери. Лейла всегда была красивой женщиной. И почему только она так дешево себя продавала? Зачем таскала за собой маленькую дочку повсюду, из города в город, почему продавала себя везде, где только могла? От грязных шахтерских поселков до дешевых салунов.