– Быстрее, – подгоняет Анна, потеряв всякий стыд и не узнавая себя в этой раскрепощенной девушке, тянущейся трясущимися руками к ремню на его джинсах. Убрав ее ладонь, он справляется сам. Услышав шелест фольги, она распахивает глаза, встречая затуманенный похотью взгляд. Черный, бездонный, откровенный в своих желаниях. Ее сердце сжимается как в тисках, и внезапно приходит страх.

«А кого на самом деле хочет Алан Флеминг?» – проносится в ее голове ядовитая мысль.

– Только тебя, – со свистом выдыхает он, и Анна с запоздалым ужасом понимает, что задала свой вопрос вслух.

Ее смятение длится не дольше секунды, потому что в следующее мгновение мужчина мощным движением бедер входит в нее. Она разводит ноги шире, принимая его полностью, и протяжно стонет, забывшись в остром удовольствии. Ее пассивная податливость срабатывает в качестве спускового крючка для пытающегося сдерживаться Флеминга. С глухим рычанием он остервенело набрасывается на нее. В его глазах неприкрытая жажда, неистовое наслаждение и сумасшедший кайф, зеркалящие все, что испытывает она сама, пока он входит в нее быстрыми, глубокими толчками. Анна готова взрываться только от того, с каким одержимым и откровенным желанием смотрит на нее Флеминг. Она даже представить не могла ничего подобного.

Алан ненадолго прерывается, но лишь для того, чтобы сорвать с Аннабель мешающееся платье и свою футболку, а потом снова накрывает собой, распиная на раскачивающейся столешнице и доводя их обоих до исступления. Анна забывает, как дышать, оглушенная, ослепленная и полностью потерявшая связь с реальностью. Она кричит, то цепляясь за него, то царапая ногтями деревянную поверхность стола, то растворяясь в глубоких горячих поцелуях. Его язык проникает в женский рот в том же темпе, в каком он берет ее снизу. Глубоко, неистово, с первобытной яростью приближая их к ослепительному экстазу. И когда он наступает, Аннабель словно выбрасывает из тела. Она кричит, плачет, несет всякую бессвязную чушь, удовольствие вибрирует в каждой клетке, перед глазами сыплются искры, время остановилось, свет погас, мир исчез… Она ныряет в темноту и сама растворяется в густом, обволакивающем, словно теплое одеяло, мраке. Тьма не пугает ее, не сводит мышцы парализующим ужасом. Анна там не одна. Его прикосновения, сводящий с ума запах, терпкий вкус, глухой рык удовольствия и затихающие толчки – они оба на неуловимую единицу времени оказываются где-то за пределами физической реальности.

– Невероятно… – Мужской приглушенный шепот вырывает ее из блаженной нирваны. – Ты умеешь удивлять, Аннабель Одли, – хрипло шепчет Алан, слизывая с ее висков бисеринки пота вперемешку со слезами. – Надеюсь, ты рыдала от удовольствия, – встретив ее ошеломленный взгляд, посмеивается он.

Все-таки Флеминг феноменальный человек. Откуда в нем силы говорить, двигаться и шутить?

– Как ты? – не дождавшись ответа, с легким беспокойством спрашивает Алан.

– Словно побывала в раю, – бормочет Аннабель. – Который почему-то был черным.

– Может, переберемся в кровать? – Упираясь ладонями в стол, Алан приподнимается, давая ей возможность вдохнуть полной грудью.

– Зачем?

Настороженные нотки в ее голосе вызывают у него непроизвольную улыбку.

– Добавим красок в твой рай. Ну или для начала избавимся от черного. – Задорно подмигнув девушке, он нежно целует ее припухшие губы и нехотя отстраняется. Выпрямившись, Алан подтягивает джинсы, но не застегивает их.

– Может, сначала в душ? – робко предлагает Анна, когда он подхватывает расслабленную гостью на руки, словно невесомую пушинку, и несет в уже известном ей направлении.