Шлагбаум был опущен, за мешками возле дороги не было шевеления.

— Никого, — констатировал очевидное Тепа.

— А может, — страшным голосом спросил Круль, — все умерли? Или разбежались? Сколько их тут могло быть?

— Человек десять — пятнадцать…

— Вот! — поднял палец Круль. — Мы сейчас все выходим из машины, дедушка идет навстречу майору и просит его притормозить тут и ждать дальнейших указаний. Водитель, Степан кажется, останется возле автомобиля и будет его караулить, а мы пройдем и разгадаем страшную загадку брошенного КПП. Одной страшной безлунной ночью…

Иван снял «призрак» с предохранителя и вылез из машины.

Было тихо. Даже кузнечики не стрекотали. Или им и не положено стрекотать ночью? Иван вот совершенно не мог вспомнить это важнейшее обстоятельство. Спят кузнечики ночью или нет? Цикады — те точно не спят.

Ветер переменился, повеял от мешков с песком, и вместо запаха серы от Круля и сгоревших машин от дороги потянуло запахом крови. Свежей крови.

Иван подошел к мешкам, заглянул за них. Темно. Толстый ствол пулемета торчал вверх дульным тормозом. И пахло кровью. И обычным человечьим дерьмом.

Это в кино смерть чистая и даже эстетичная. А в жизни, умирая, человек, зачастую, не только кровью землю кропит, но и кишечник с мочевым пузырем опорожняет.

Иван осторожно лег грудью на мешки, прислушался, посмотрел в сторону будки поста, обложенной мешками. Перевалился на другую сторону.

Два тела лежали прямо у пулемета, один труп так и не разжал правую руку, держался за рукоять пулемета, второй скорчился на ящиках с патронами.

— Фонарик в боковом кармане, — прошептал Круль из-за мешков. — Не стесняйся!

Лица у обоих солдат были скорее удивленные, чем напуганные. Могло показаться, что пацаны в мундирах спят. Могло бы показаться, если бы в головах у обоих не было пулевых отверстий. У стрелка — над правым ухом, у второго номера — под челюстью.

Иван погасил фонарик и вышел на площадку перед постом. Еще четыре тела мешками лежали в пыли.

— В домике — еще трое, — сказал шепотом Круль. — Где еще могут быть… трупы? Как думаешь?

— Не знаю. Еще должна быть отсечная позиция где-то сзади, — Иван почувствовал, как его начинает бить озноб.

— Точно, — донеслось через минуту из темноты. — Один ручник и три трупа. Итого: два плюс четыре, плюс два раза по три… Это будет… Это будет — двенадцать. Вот, полное отделение плюс пулеметчики.

Сзади послышались шаги.

— А вот и подкрепление. — Круль осветил подошедших, майор торопливо прикрыл глаза от света. — Извини, майор, я немного тебя обманул. Пожалуй, до второй линии мы доберемся без потерь.

— Кто это их? — хриплым голосом спросил майор.

— Ты про группу «Призрак» что-нибудь слышал?

— Это те, что работают против одержимых и демонов?

— Смотри внимательно, майор, вот так выглядит работа этих ребят по живым людям. — Крыс обвел фонариком вокруг себя, желтый световой круг пробежал по утоптанной земле, по луже крови и по мертвым лицам.

— Тридцать минут на все, — с гордостью сообщил Круль. — И на всех. И у нас еще есть время на то, чтобы добраться до интерната. Ты тут организовывай оборону, разворачивай пулеметы…

— А фланги?

— Фланги? Что такое фланги? Фланги — фигня. — Круль поднял руку и звонко щелкнул пальцами. Раз. И еще раз.

Слева, от огневой точки донеслись два щелчка.