И дает возможность автоматам солдат довершить работу. Елена уже умерла, а пули из десятка стволов все били и били ее в голову, в руки, в то, что осталось от рук и головы.

Круль рванул с плеча оружие, но не успел его вскинуть — удар сзади обрушился ему на голову. Словно ныряя, предавшийся упал вперед, на колени, потом ткнулся лицом в песок и замер неподвижно.

Что-то мелькнуло возле самого лица Ивана.

Кто-то промазал. И снова промазал, приклад автомата вынырнул сзади слева и медленно проплыл мимо щеки Ивана.

Кто-то — Иван не рассмотрел, кто именно, — прыгнул на него, но завис в воздухе, увяз во времени настолько, что тело Ивана успело передвинуться в сторону и пропустить подкованный армейский ботинок мимо головы.

По всем правилам, отстраненно подумал Иван, рассматривая ногу нападавшего, по всем наставлениям по рукопашному бою, нужно перехватывать эту удачно подставившуюся ногу… или нанести встречный удар под нее… Все описания приемов заканчиваются этим сакраментальным «а теперь бейте»… Но телу Ивана Александрова наплевать на то, что желает его сознание.

Тело уходит с линии удара и продолжает стоять неподвижно.

Медленно падают мертвые «призраки». Ткнулся головой в песок Круль. Тело Ивана… Тело Ивана опускается на колени, руки сцепляются пальцами на затылке. Намертво, в замок.

Голова склонена, вся поза демонстрирует покорность.

Демонстрирует. Демон-стрирует — такой нелепый каламбур получается…

Время пошло с обычной скоростью. Стукнула автоматная гильза, упав перед Иваном. С грохотом обрушился на землю солдат, пытавшийся ударить Ивана. Захрипел Круль.

Иван не может поднять голову. Иван может только рассматривать подкатившуюся гильзу.

— Не стрелять! — командует майор.

Это в меня он приказывает не стрелять, понял Иван.

— Наручники! — командует майор.

Холодный металл защелкивается на правой руке Ивана, руку резко выворачивают назад, потом левую, и еще раз щелкает наручник.

А теперь — на ноги, мысленно советует Иван, мысленно, потому что губы все еще не подчиняются ему.

Только солдатам, похоже, советы не нужны. Солдаты и так все знают. Их проинструктировали заранее, каждый знает свой маневр, действует ловко и сноровисто.

Наручники застегиваются на ногах. Еще раз — две пары не пожалели, молодцы. И на руки еще одну, на всякий случай. Правильно было бы еще пристегнуть руки к ногам…

И это они предусмотрели.

Круля тоже сковали. На загипсованную руку наручник не налез, поэтому ограничились старой доброй «ласточкой» — правую руку приковали за спиной к левой лодыжке.

— Вот так, брат Старший Исследователь, — сказал Крыс. — Вот так…

— Пошел ты… — Иван ответил автоматически и замолчал, сообразив, что может разговаривать.

И даже двигаться может, в пределах, разрешенных наручниками. Такая вот подстава со стороны демона! Твари!

— Твари! — выдохнул Иван. — Вы что, не понимаете? Там сейчас ваши девки рожают. Одна за одной.