|
Но, возможно, мы наблюдаем новую форму цивилизации стекловаров.
Артур обнимает Каузи.
– Ты можешь познакомиться с новыми стекловарами!
– Быть-то дело для царицы.
В Доме собраний расстроенные царицы с этим соглашаются.
Еще немного осмотревшись, они возвращаются в лагерь, едва успев до заката. Они планировали задержаться на три дня, и хотя ночевать в салоне придется в тесноте, никто не предлагает что-то изменить.
Тем временем я размышляю о стекловарах. Я помню, как они напали на город сто лет назад и как некоторые семьи присоединились к городу, а остальные – неуправляемые сироты – сеяли смерть и хаос, пока мне не удалось выманить их из города навстречу смерти, манипулируя запахами. Мысли о таком на протяжении всей ночи стали бы кошмаром, полным крови и убийств, так что вместо этого я ищу в сети сведения об океанах и обнаруживаю такой массив данных, какой за одну ночь мне не освоить.
В течение ночи в сети появляются помехи. Абак говорит, что они, скорее всего, вызваны естественными причинами и что техник будет оповещен. Я гадаю насчет Поллукса и его планов.
* * *
Техники экспедиции установили массу устройств для регистрации всего, что могло бы приблизиться к конвертоплану в течение ночи. Они обнаруживают три вида крабов, стаю котов нового вида, различных птиц – и ни одного стекловара.
Вооружившись лопатой, картой, записывающей аппаратурой, оружием, продуктами, водой и пакетами для сбора образцов, группа выходит в новом направлении сразу после рассвета, на этот раз в сторону самого большого бамбукового круга в этой местности, примерно в часе быстрой ходьбы, но идут они медленно. Они часто останавливаются, собирая разнообразные образцы, иногда что-то выкапывая, – и Мерло сажает семена при каждой возможности. Они записывают крики птиц, осматривают несколько небольших круговых рощ, наблюдают за всеми животными, которые попадаются им на пути.
Тем временем Артур держится рядом с Каузи, и они постоянно высматривают признаки присутствия стекловаров – но не находят.
В городе вновь прибывшие с орбиты просыпаются с ноющей болью, жаждой и тенденцией все ронять. Они полностью занимают время своего врача, и непохоже, что в этот день смогут создать окружающим какие-то проблемы, если не считать того, что они всем надоели.
Большинству мирян надо идти работать, но некоторые остаются смотреть трансляцию, а стекловары оповещают о новостях город и поля по мере их появления.
– Пока ничего не быть в исследовании.
Наконец группа доходит до большого кольца. Оно почти идентично мелким. Эрнст снимает их действия.
– Вещи быть-они здесь закопаны, – оповещает Каузи.
Снежка принюхивается:
– И недавно закопаны, я бы сказала.
– Что за вещи? – спрашивает Хаус.
– Дай мне лопату – и узнаем.
Хаус хмурится. У него с утра плохое настроение.
– Я копаю даже лучше совы, – добавляет она.
Она быстро и умело раскапывает то место, где земля потревожена недавно. Там обнаруживается почти разложившийся олений краб какого-то подвида.
– Крабы своих мертвецов не хоронят, – говорит Артур.
– Они – хорошая пища. – Снежка опирается на лопату. – Стекловары их любят. Его закопали не целым. Смотри: самых мясистых частей нет. – Она закапывает яму обратно. – Посмотрим там.
К своему отвращению она обнаруживает яму с протухшими слизнями. Она пятится, проклиная вонь, и поспешно забрасывает раскоп.
– Еще попытка. Вон там.
Она снова принимается копать и вскоре говорит:
– Ого, смотрите: клюв! Это орел. – Она зажимает нос. |