|
Более крупные рощи образуют почти идеальные круги с поляной в центре.
Пилот придирчиво выбирает место для посадки, предлагая приземлиться на большом лугу недалеко от бамбуковой рощи, но там, где не видно кострищ. Мерло решает, что луг образовался год назад в результате сильного пожара.
– Интересные экологические зоны.
– Что вызвало пожар? – спрашивает Артур.
– Может, молния. Может, вышедший из-под контроля костер. Трудно сказать. Но тут не может быть настолько плохо, как на Коралловых равнинах.
– Ну, хоть это радует, – ворчит Артур.
Конвертоплан снижается и мягко садится. Хаус, Артур и Каузи выходят первыми, держа оружие наготове. У Хауса опущен щиток шлема, он идет по колено в сочной траве. Вскоре Эрнст получает разрешение спуститься по лестнице наполовину и заснять местность на камеры, выискивая тепловые сигнатуры животных и вслушиваясь в звуки. Велма ведет контроль из салона.
Они все прислушиваются: ритмичное чириканье, мелодичное уханье, беспорядочное кудахтанье как поблизости, так и вдалеке. Я опознаю большую часть звуков, но не все. Исследователи попали в обильно заселенную местность, где имеются и новые виды. Хосе дает Артуру какие-то советы по радио, а в Доме собраний возбужденно переговариваются.
Ом делает запись: «Новая земля и все же вполне привычная: сюда мы попали, уже зная удивительные явления и возможные опасности. Мы высаживаемся с осторожностью, с трудом сдерживая любопытство».
Скоро вечер. Они решают прежде всего отправиться к бамбуковой роще – каждый по своей причине.
– Чувствую запах «иди» и «добро пожаловать», – сообщает Каузи по радио.
Артур принюхивается:
– Я – нет, но и не почувствовал бы.
– А какой это запах? – уточняет Хаус.
Ответ приходит из салона, от помощника врача:
– Спирт. Метиловый и этиловый. Для нас они почти без запаха. Я его не улавливаю, но, возможно, мой прибор недостаточно чувствителен.
– Мне нюх не улучшали, – говорит Хаус, почти жалуясь.
– Спрашиваю-я, спрашиваю-мы, кто здесь говорит на стекловском?
Артур застывает на месте, а потом они с Каузи и Хаусом принимаются осматривать местность еще внимательнее. Они предположили, что запах выделен другим стекловаром. Однако любое растение способно выделить эти соединения. Я сам их выделяю, когда хочу пообщаться со стекловарами.
Помощник врача говорит:
– Ну, это ведь простые и распространенные соединения. Возможно, это и не послание.
– Мы посадили большую шумную машину, – откликается Артур. – Даже если это и не послание, нас все слышали и видели. Если здесь что-то умеет думать, то сейчас оно думает о нас.
– Нам стоит ожидать встречающих?
Хаус делает несколько шагов к тому, что выглядит как кочка, но когда он оказывается рядом, она громко вопит. Хаус отскакивает и наводит на нее винтовку.
– Синие птицы, – объясняет ему Артур, – или что-то очень похожее. Это птичий риф.
В Доме собраний хохочут.
– Синие птицы – значит, и слизни, верно? – спрашивает Му-Ри.
– Вероятно, так что надевайте сапоги, – отвечает Артур. – Интересно, а кораллы здесь есть?
– Да, – подхватывает Мерло, – хороший вопрос. Нам уже можно выходить? Мне бы хотелось немного покопать.
– Отправляй фермера, – командует Артур.
Из конвертоплана вылезает Снежка: она, как и Артур, вооружена копьем, луком и стрелами – возможно, это не такое мощное оружие, как у Хауса, но оно хорошо служило на этой планете уже много поколений, и она умеет им пользоваться. |