— Во Флориде? — эхом повторил Томас, и перед его мысленным взором возникла мисс Ровенталь в бикини, загорающая в шезлонге на борту частной яхты. В том, что яхта будет частной, сомнений не возникало.

— А где же еще в это время года? — удивилась она.

И правда, куда еще можно поехать поздней весной? Марту Томас, например, возил в Грецию, где ей как историку архитектуры многое было близко и знакомо…

— Я хочу понежиться на солнце, не уезжая в дальние края, — говорила меж тем Барбара, но Томас едва слышал ее. Внезапно нахлынувшее чувство вины заполнило его сердце.

— Что? Ну да, поезжайте! Я никому не скажу.

Барбара недоверчиво подняла бровь.

— Честно?

— Честно.

— Верю, — усмехнулась она и указала на дверь. — Мы пришли.

Томас открыл дверь служебного входа в главный ресторан. Самое большое свободное пространство, которое можно было найти в торговом доме. В нем всегда проводились показы мод. Сейчас его освободили для проведения аукциона и поставили рядами стулья. Их было не так уж много, и все уже оказались заняты. Остальные приглашенные стояли вдоль стен. Перед невысоким подиумом расположилась довольно большая группа представителей средств массовой информации с телевизионными камерами и фотоаппаратами — они охотились за знаменитостями, приехавшими на аукцион. Шум стоял невообразимый.

— Ничего себе!

Барбара взглянула на своего собеседника, пытаясь по лицу определить его реакцию на увиденное. Потом поднялась на цыпочки и прошептала ему прямо в ухо, что еще не поздно сбежать.

Она оказалась так близко, что Томас чувствовал ее горячее дыхание, видел мельчайшие складочки возле губ, которые делали неповторимой и притягательной ее улыбку. Правда, сейчас Барбара не улыбалась. Она была напряжена, несмотря на всю браваду, как тогда, перед прыжком с вышки. Зачем ей нужно все это? Что и кому пытается доказать Барбара Ровенталь?

Как бы то ни было, Томас не мог бросить ее в такой момент.

— Я, как ваша тень, буду повсюду следовать за вами, Барбара. — Он взял молодую женщину за руку, потом, чтобы показать свое участие и поддержку, поцеловал в щеку.

Это должен был быть легкий поцелуй, говорящий о полном доверии и понимании.

Но между желаемым и действительным, к несчастью или, наоборот, к счастью, оказалась целая пропасть. Не рассчитав, Томас поцеловал Барбару прямо в губы. В этот стремительный поцелуй он вложил всю страсть своего желания, нереализованного тогда в машине. И Барбара ответила ему с не меньшей страстностью. Это был конец засилья разума над чувствами… и начало реальной жизни.

Подобно вспышке молнии этот поцелуй высветил вопросы, на которые Томас был не готов ответить. Поцелуй, который требовал от него больше, чем он мог дать. Поцелуй, который показал Барбаре, как она желанна. Сколько он длился? Секунду? Минуту? Неизвестно. В любом случае, слишком мало.

Оторвавшись от губ Барбары, Томас увидел ее расширившиеся от удивления глаза. Удивлена была не только она. Удивлен был и сам Томас. Еще час назад он твердо пообещал себе, что пригласит мисс Ровенталь только на деловой завтрак. Теперь стало ясно, что это будет завтрак в постели.

Но в какое-то мгновение ему показалось, что сейчас он получит пощечину за свой поцелуй. Однако мисс Ровенталь не могла позволить себе подобного в присутствии такого количества людей с фото- и телекамерами.

— Все будет в порядке, — произнес Томас ободряюще.