9

— Сейчас? — несколько неуверенно спросил Томас.

— Почему бы нет? Вы же обещали мне устроить экскурсию, — улыбнулась Барбара и добавила: — Или вы можете предложить что-то получше? Или вас все-таки больше привлекает бутылка?

Она пыталась убедить себя, что приехала сюда исключительно с целью выяснить, не имеет ли мистер Челси привычки искать утешения на дне стакана. Хотя сразу было видно, что это не так.

Томас некоторое время постоял в задумчивости, потом повернул выключатель. Мгновенно вспыхнул свет на лестнице и в холле. Барбара начала снимать жакет.

— Лучше вам не раздеваться. В этом доме пока нет центрального отопления. Только камин с углем и дровами, который нужно растапливать с помощью газет, — остановил ее Томас и предложил: — Давайте начнем сверху.

В доме было два этажа, не считая чердачного. Там хранилось всякое барахло, накопившееся за многие годы. И стоял женский велосипед — старомодный, с удобным сиденьем, без рамы, с багажной корзинкой спереди и большим хромированным звонком. Отличная штука для загруженных транспортом городских улиц!

— У меня есть такой. — Барбара погладила изогнутый руль, — Я ездила на нем, когда училась в колледже.

— Теперь вы предпочитаете такси?

— Не всегда.

Ничего не ответив, Томас направился к лестнице, и они спустились на следующий этаж.

— Это был кабинет Марты, — произнес он, открыв дверь в комнату, выходящую окнами на задний двор. Повсюду лежал толстый слой пыли. Все наверняка оставалось нетронутым со дня ее смерти. — Вообще-то, здесь смотреть нечего. Только в гостиной сохранился фрагмент оригинальной росписи.

— Покажите, пожалуйста.

Томас подвел ее к резным двустворчатым дверям и распахнул их. Когда вспыхнул свет, взору Барбары предстала огромная пустая комната, с одной из стен которой были сняты обои. Подойдя ближе, Барбара разглядела полустертые изображения цветов и птиц.

Томас провел рукой по стене.

— Роспись выполнена вручную и изображает цветы и птиц Йоркшира, — сказал он. — Как выяснила Марта, первым владельцем дома был выходец из этого английского графства. И он хотел, чтобы что-то все время напоминало ему о родных местах.

— Боже, как сентиментально! Жить воспоминаниями! — Энергичной и деятельной Барбаре было не понять неведомого ей первого владельца дома.

— Марта хотела отреставрировать часть стены, — продолжал Томас, словно не замечая ее слов.

Молодая женщина огляделась вокруг. Гостиная была удивительно пропорциональная, с высоким потолком и с тремя большими окнами. Барбара неплохо разбиралась в предметах старины и ценила произведения искусства. Но ей казалось, что если оклеить стены светлыми обоями, заново покрыть лаком резьбу на дверях и натереть воском старинный наборный паркет, то комната станет выглядеть гораздо привлекательнее. В ней можно будет жить, а не предаваться воспоминаниям о прошедших временах.

— Здесь все в таком же стиле?

Томас сделал жест, означающий, что Барбара может чувствовать себя как дома. Потом он просто следовал за ней, открывая двери тех комнат, куда она хотела заглянуть. Единственной действительно обитаемой оказалась спальня хозяина. Для человека с разбитым сердцем, он ее обставил с достаточным комфортом.

Из всех предметов интерьера внимание Барбары больше всего привлек портрет в серебряной рамке миловидной молодой женщины с черными волосами и блестящими темными глазами. Теперь она поняла, чем так поразила Томаса манекенщица на показе мод. Сходство было потрясающим. К тому же свадебное платье и фата…

— О чем вы думаете?

— К чему вам знать об этом? — пожала плечами Барбара, закрывая за собой дверь спальни.