– Ладно, хорошо… нам, безусловно, нужно такси.

Найти такси в субботу вечером на Манхэттене во время пробок было равносильно чуду. В общем, это был конец. Нам оставалось только отказаться от своей затеи.

Я уж было решил, что моя забывчивость, похоже, это «ошибочное действие», оговорка по Фрейду, бессознательный саботаж этой экспедиции, которая наводила на меня страх, как вдруг увидел пришвартованную к берегу надувную резиновую лодку «Зодиак». Она была закреплена простым тросом, обмотанным вокруг причального кнехта.

Я схватил Анну за руку и тихо сказал ей:

– Есть решение. Смотри!

Мы огляделись вокруг. Никого.

– Ты сможешь вести эту штуковину? – спросила она.

– Не думаю, что это очень сложно.

Я подошел к лодке и залез в нее. Анна последовала за мной и села на резиновый борт.

– Тут главное дело, – сказал я, – тронуться с места. Придется немного повозиться, но мы справимся.

– Твое скаутское прошлое развило у тебя смекалку!

Ее слова произвели на меня эффект холодного душа. Они так поразили меня, что я застыл с раскрытым ртом. Я никогда не говорил Анне, что в детстве был скаутом. Никогда. Я был совершенно в этом уверен. Она никак не могла об этом узнать. Никак. Так как же она все-таки узнала?

Я попытался взять себя в руки, сделав вид, что ничего не случилось, и занялся изучением системы запуска двигателя. Заставляя себя сосредоточиться на поставленной задаче, я решил пока ничего не говорить ей, пока не пойму, каким образом она узнала обо мне такие подробности. Но я был настолько сбит с толку, что никак не мог разобраться в двигателе, совершая бессмысленные однообразные движения.

– Ну-ка посторонись, – сказала вдруг Анна.

– Что?

– Подвинься, мне нужно место.

– Но… ты умеешь заводить лодочный мотор?

– Да, – сказала она непринужденно.

– Я думал…

Она с улыбкой вздохнула:

– У нас, у женщин, есть свойство создавать у мужчин иллюзию того, что они лучше разбираются в некоторых вещах. Им необходимо считать себя незаменимыми, иначе они впадут в депрессию…

Она завела двигатель в два приема, парой движений, и взяла курс на остров на полной скорости под оглушительный рев, разорвавший безмолвие ночи. К счастью, тучи немного рассеялись и показалась большая круглая луна, осветив бледным светом поверхность моря.

Моя одежда все еще была влажной, и дуновение холодного воздуха, обжигая лицо и тело, леденило меня до костей.

Я следил краем глаза за берегом, от которого мы отчалили, на случай если там появится владелец «Зодиака», но все было тихо.

Мы приблизились к острову, и Анна замедлила ход.

– Так не пойдет, – сказал я. – Тут вдоль берега сплошные заросли, они не дадут нам пристать. Не получится выйти на берег, не окунувшись.

– Ты, может быть, хочешь еще раз искупаться?

– Очень смешно. Двигайся вдоль берега налево. Мне кажется, что у моста будет посвободнее.

«Зодиак» поплыл вдоль берега, и нам в самом деле пришлось добраться почти до моста, чтобы высадка стала возможной.

– Ты видишь?.. – спросил я.

– Что?

– За мостом…

Параллельно мосту, с другой стороны, были натянуты толстые тросы, по которым над проливом полз фуникулер; освещенная бледно-желтым светом кабина была почти пуста.

– Я вообще ни о чем не думал, – сказал я.