Но мрак расступился и…

Это была Анна.

Мне показалось, что я схожу с ума, теряю рассудок, в голове у меня все помутилось.

– Тим! Ты жив и здоров… – сказала она в слезах.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы выйти из замешательства и разжать кулаки.

– Я думала, что «Зодиак» тебя убил, – пробормотала она, бросаясь в мои объятия.

Я все еще был в оцепенении, мысли лихорадочно метались у меня в голове, я уже ничего не понимал, меня раздирали противоречивые чувства.

– Я так перепугалась, – лепетала она сквозь рыдания.

Слезы Анны возымели на меня свое действие. Я расслабился и вдруг почувствовал волнение от того, что обнимаю ее.

Она выглядела потрясенной и одновременно обрадованной.

Я уткнулся носом в ее волосы и долго вдыхал ее запах, закрыв глаза.

Эта череда невероятных событий словно освободила мой разум. Я больше не думал, я довольствовался тем, чтобы следовать своим инстинктам и велениям своего тела.

Анна прижалась ко мне; обхватив ее руками, я нежно обнимал ее, наслаждаясь теплом касавшегося меня тела. Мой подбородок скользил по ее вискам, мои губы задели ее щеку, и я ощутил вкус ее солоноватых слез, пьянея от аромата ее кожи.

Наши губы сблизились, когда она медленно подняла лицо. Нежность ее дыхания окончательно меня сломила. Я чувствовал, что буквально тону. Самым бесповоротным и восхитительным образом.

И тут я вспомнил о своем кузене.

– Надо бежать к башне «Блэкстоун»! Мой двоюродный брат работает там сегодня вечером и…

– Я знаю, слышала, как ты говорил об этом.

Ее зрачки весело сияли в темноте.

– Значит, идем туда? – неуверенно сказал я.

– Это будет сложновато…

– Почему?

– Сначала тебе придется… отпустить меня, – ответила она с лукавой улыбкой.

После секундного колебания, во время которого мое тело явно вступило в борьбу с разумом, я разжал объятия.

– У нас проблема, – сказал я. – У нас больше нет «Зодиака», чтобы добраться до Манхэттена.

– Поедем по канатной дороге. Но на этот раз сядем в вагон…

– Охранник меня узнает, – ответил я, покачав головой, – и ничего хорошего из этого не выйдет. Он попытается задержать меня, пока не приедет полиция. В любом случае он ни за что не позволит мне подняться в вагон.

Анна ограничилась загадочной улыбкой вместо ответа.

Мы шагали к станции, как вдруг мне в голову пришла одна мысль, и я замедлил шаг.

– В чем дело? – спросила Анна.

– Как так вышло, что в «Зодиаке» меня преследовал человек… который покинул остров раньше меня?

– У меня есть лишь частичный ответ, но это долгая история… Я расскажу тебе все, что знаю, когда мы сядем в вагон, – сказала она, ускоряя шаг.

Как я и ожидал, охранник узнал меня издалека и с торжествующим видом скрестил руки. Усатый, невысокий, крепкий, задрав подбородок с улыбкой превосходства на лице, он явно заранее наслаждался предстоящей стычкой.

Я спрашивал себя, что я смогу сказать ему в качестве аргумента, чтобы одновременно оправдать свой поступок и добиться того, чтобы он позволил нам сесть в вагон. Но ничего не смог придумать.

Когда мы подошли, Анна сунула ему под нос свой значок еще до того, как он успел раскрыть рот.

– ЦРУ. Отправляйте немедленно, – сказала она с совершенно естественной властностью.

Он попытался что-то промямлить, но передумал и поспешил открыть нам турникет, а затем побежал впереди нас до самой кабины.