Изменить размер шрифта - +
В какой-то момент мне показалось, что

вот-вот начнется война и придется просить Бартона подать к столу револьверы, а не вилки.
     Сенатор наклонил голову, соглашаясь с н".
     - Да, нервы у всех взвинчены. Вы еще слишком молоды, моя дорогая, и не очень отчетливо представляете себе реальное положение вещей.
     - Возможно. Но скажите мне, будет война?
     - Боже, я сам хотел бы это знать!
     Но Салли не отпускала своего гостя:
     - Я хотела спросить про президента. Это не из-за него вам позвонили сюда? Он намеревается сделать заявление?
     - Не знаю. А телефонный звонок... ну, это было приглашение явиться на одно собрание. Туда я сейчас и направляюсь.
     Салли кивнула:
     - Я слышала о нем. Это у сенатора Аллена. И по дороге туда вы должны решить, на чьей вы стороне.
     - Вот как! Стало быть, это собрание уже стало объектом сплетен. - На мгновение веки тяжело опустились, прикрыв усталые карие глаза, и

улыбка исчезла с лица сенатора.
     - Не знаю. Да и какое это имеет значение? - Салли Вормен взяла в свои гладкие тонкие пальцы лацкан его черного пальто, потянула на себя и

застыла в этом положении. Целеустремленный взгляд ее голубых глаз был направлен прямо на сенатора. - Но что имеет значение, - продолжила она, -

так это то, что в ваших силах повести это собрание в нужном направлении. Вот об этом-то я и хотела побеседовать с вами. Возможно, я, как говорит

Мэйбл Браун, бестолковая, но если это и так, то я, по крайней мере, в большинстве. Таких, как мы, множество, и мы знаем, на чьей мы стороне.

Конечно, мы ненавидим войну, однако понимаем, что существует ряд вещей, которые еще более отвратительны.
     Единственное, что вызывает у нас некоторое сомнение, так это то, что мы видим одного из наших лидеров - настоящего, проверенного лидера, -

скажем так, колеблющимся. Разве вам не стыдно, нет, на самом деле разве вам не стыдно вводить нас в заблуждение? - При этих словах тонкие пальцы

осторожно подергали лацкан.
     Сенатор молчал.
     - Вы не стыдитесь этого? - настаивала Салли.
     С высоты своего роста сенатор смотрел на лицо собеседницы. Рот его был плотно сжат, губы немного выпячены, крупная, благородных очертаний

седая голова заметно покачивалась из стороны в сторону. Он фыркнул, а затем сказал:
     - Вот оно, значит, как. Дитя, мое дорогое дитя! Мой голубоглазый шовинист!
     - Глупости! - с презрением отрезала Салли. - И не стоит наклеивать ярлыки.
     - Нет. - Он буквально выдавил из себя это слово, произнеся его тихо и протяжно. Неожиданно он снова сказал: "Нет!" - на этот раз коротко и

более громко.
     После этого, бормоча что-то о том, что он опаздывает, сенатор попятился, освобождая свой лацкан из цепких пальцев, затем повернулся и

направился к двери, но на полпути к выходу обернулся.
     - Послушайте, миссис Вормен. - Говорил он негромко, но тон его был резок. - Мне кажется, вы занимаетесь не своим делом. Ради бога,

держитесь от всего этого подальше. И передайте своему мужу... Я полагаю, что он до сих пор играет в бридж наверху. Надо же - играет в бридж! Так

вот, скажите ему, что в моих глазах его попытки втянуть вас во все эти грязные...
     Вдруг сенатор замолчал. Он стоял, глядя на Салли, губы его шевелились, но он не произносил ни единого слова.
Быстрый переход
Мы в Instagram