Я судорожно огляделась по сторонам в поисках комнаты, ниши – любого места, где можно укрыться, но по разные стороны от меня тянулись две длинные гладкие стены.

Я выругалась сквозь зубы. Неужели пару минут назад я хвалила себя за удачливость?

На глаза мне попалась высокая каменная колонна. Она была тонковата и ближе, чем хотелось бы, к свету сияющих шаров под потолком. Если принц пройдет мимо колонны, мне от него не укрыться, но ничего другого не оставалось. Я юркнула за колонну и затаила дыхание.

Шаги Лютера приблизились и замедлились. Казалось, он никуда не спешил, уже зная, что поймал меня, как мышь в клетку.

Затем он остановился:

– Мисс Беллатор.

У меня сердце упало. Я велела своему телу, скрытому тонким барьером, стать как можно меньше. Неужели Лютер уже заметил меня? Он чувствует мое присутствие так же, как я его?

– Что бы вы ни затеяли, уверяю, в ваших интересах немедленно мне показаться.

«Ну да, конечно». Если бы мои легкие не горели от попытки не дышать, я расхохоталась бы.

– Если другие найдут вас раньше, чем я, защитить вас мне не удастся.

Защитить меня? Лютер что, овечкой доверчивой меня считает? Он впрямь ожидает, что я…

– Не идите по стопам своей матери. Она предала меня и утратила мое доверие. Учитесь на ее ошибках.

У меня кровь застыла в жилах. «Не идите по стопам своей матери».

Подозрения огненной лавой хлынули в голову, выжигая все здравые мысли. Какие ошибки допустила мама? Как Лютер ее наказал?

Ладонью я скользнула к кинжалу, спрятанному в сапоге. Лютер сглупил, позволив мне пронести его во дворец, о чем сейчас и пожалеет.

Пальцы задрожали от предвкушения, я так стиснула рукоять кинжала, что чуть не порезалась ее краями. Я представила, как клинок пронзит Лютеру шею – совсем как тому Потомку из проулка, – представила тепло его крови у себя на коже, представила, как свет погаснет в серо-голубых глазах, пока я буду держать кинжал в ране, не давая венам исцелиться. Я почувствовала острый укол чего-то похожего на сожаление, но раздраженно отбросила это чувство куда подальше.

Я уже собралась выйти в коридор навстречу своей – и его – судьбе, когда другие шаги, на сей раз торопливые, донеслись из коридора и остановились.

– Ваше высочество, похоже, нам не удается ее найти. Ее не оказалось ни на главной лестнице, ни возле гостиной.

В ответ на это воцарилась тишина такой глубины, что я могла в ней утонуть.

– Выставьте стражу на каждом этаже, у каждой лестницы, по обеим сторонам каждой входной двери. Утройте охрану у королевских покоев. Свой пост никому не покидать, кто бы что ни увидел и ни услышал.

– Есть, ваше высочество!

– Если отыщете ее, пошлите за мной, и только за мной. В бой с ней никому не вступать. Если не понадобится защищать обитателей этого дворца, на нее не нападать.

– Есть, ваше высочество.

– Ее нужно найти живой. Это ясно?

– Есть, ваше вы…

– Ступайте.

По коридору прокатилось эхо удаляющихся шагов.

Мучительно долго я слышала только тишину. Ни шагов, ни лживых обещаний безопасности с целью выманить меня из укрытия. Я ждала столько, что начала гадать, не пропустила ли уход принца, даже собралась выглянуть из-за колонны, но тут голос Лютера пронзил воздух:

– Вы играете в очень опасную игру, мисс Беллатор. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Размеренные шаги Лютера зазвучали снова, потом стихли вдали.

Прошла целая вечность, пока я наконец не позволила себе сделать глубокий вдох, чтобы уменьшить жжение в легких.

Дерьмо! Дерьмо дерьмовое!

Теперь добраться до цели не представлялось возможным. Даже если я попаду на нужную лестницу раньше, чем стражи займут новые позиции, окажусь заперта в ловушке.