Внезапно у него шевельнулось подозрение, которое почти мгновенно переросло в уверенность:

   - А ты, Лаврентий? Ты с ними заодно, да? Что они тебе пообещали, иуда? - он рванулся с кресла, таща из кармана галифе маленький подарочный пистолет Коровина. - Чайку приказал? Думаешь, я у тебя здесь от сердечного приступа скончаюсь? Или меня - как Фрунзе, к врачам?..

   - Сядь, Климент Ефремович - произнес Берия спокойно. - Сядь и не нервничай. И вот еще что, - Лаврентий Павлович открыл ящик стола, достал оттуда наградной браунинг номер два и протянул его Ворошилову. - Вот. Куда лучше, чем твоя игрушка. Бери, бери, не сомневайся. Заряжен...

   Дверь открылась, и в кабинет вошли две симпатичных девушки в чекистской форме. Одна из них катила перед собой сервировочный столик, на котором стояли несколько бутылок, графин, маленький самовар и множество тарелок и блюдечек с закуской. Вторая поставила перед Берией и Ворошиловым стаканы в серебряных подстаканниках и хрустальные рюмки.

   - Вот попробуй, - Берия указал на графин. - Лучший коньяк на Кавказе. Между прочим - грузинский, а не армянский.

   Не обращая внимания на Ворошилова, держащего в руках браунинг, девушки быстро и сноровисто сервировали стол, и тут же вышли. Берия встал:

   - Можно? - он указал на дверь. - Я запру.

   Ворошилов ошарашено кивнул. Лаврентий Павлович подошел к двери кабинета, запер ее, затем вернулся на свое место.

   - Ты, Климент Ефремович, стрелять пока подожди и послушай, что я тебе скажу. Все твои подозрения оправдались. Заговор есть. И больше тебе могу сказать: в заговоре этом и Ягода с Фриновским, подельничком его, по самую маковку замазаны. Так что вовремя товарищ Сталин сменил их на нас с Николаем Ивановичем. И об этом обо всем я ему и доложил.

   Он посмотрел на Ворошилова и добавил:

   - Клянусь.

   Ворошилов медленно покачал головой:

   - Не поверил, значит, Коба, не поверил...

   Берия усмехнулся:

   - Как раз наоборот. Поверил, да еще как! Главари заговора кто?

   - Тухачевский, Уборевич, Якир...

   - Верно! А много Тухачевский с Уборевичем смогут из Испании сделать?

   Лицо наркома приобрело удивленно-обиженное выражение. На высокий лоб набежали морщины, потом стали медленно разглаживаться...

   - Так ты хочешь сказать?.. А здесь значит, один Якир с Гамарником?!

   - Точно так. Сейчас чистку в армии начинать - многие головы полетят. Причем - не самые худшие. И Испании не поможем, и Красную армию так ослабим, что потом лет пять в себя приходить будем! - Берия чуть напрягся, - А так - чего же лучше? Поедут наши заговорщики в Испанию, погеройствуют там, а может быть и случится с ними что... Тем временем мы здесь спокойно, без шума, без суеты, их товарищей прихватим. Разберемся. Виновных - накажем, невиновных - отпустим. И все тихо, все спокойно. А то ведь нынешних чекистов, - Лаврентий Павлович усмехнулся уголками губ, - только с поводка спусти. Они тебе всю республику кровью зальют...

   Ворошилов наконец осознал гениальный замысел Сталина. Одним махом, без всяких арестов и репрессий, лишить заговорщиков руководства, да еще, быть может, и стравить их между собой. Самовлюбленный индюк Якир наверняка попробует начать переворот в одиночку. И Тухачевский с Уборевичем об этом не просто догадываются - знают! А значит, побоятся оставить его без присмотра. Либо сдадут органам, либо, что вероятнее, сами уберут. Втихаря. Ай да Коба, ай да мудрец! Жертв - по минимуму, а результат - по максимуму!..

   - Кстати, Климент Ефремович, спросить тебя хотел, - голос Берии прервал восторженное парение Ворошиловских мыслей, опуская наркома с небес на землю.