Ворочаясь в постели, Скарлетт заставляла его сильнее осознавать ее присутствие на соседней половине матраса. От нее пахло ванилью и ананасом, и ее потрясенный вздох был похож на горячее дыхание возле его уха, когда они в прошлый раз занимались любовью.

- Что случилось? - спросил он с хрипотцой из-за нарастающего сексуального влечения. - Почему ты никак не устроишься?

- Сама не знаю. Никогда ни с кем не спала. Это странно. Я боюсь толкнуть тебя во сне. Или что ты протянешь руку и напугаешь меня ночью. Ты воруешь одеяло?

- Ты никогда ни с кем не спала?

- Только с моей сестрой, когда мы были маленькими. - Скарлетт перевернулась на живот и сунула руки под подушку.

- Но у тебя были отношения. Любовники.

Если бы она сказала ему, что была девственницей в тот день…

- Я тогда тоже была ребенком, - пробормотала она, перевернув подушку. - Я училась в университете и просто валяла дурака только для того, чтобы почувствовать, что кто-то любит меня. А потом начала работать на твоего отца…

Не стало времени на свидания, - тихо закончила она.

Ее волосы прочертили серебряные дорожки на темной наволочке. Он хотел прикоснуться к ним, обернуть вокруг пальца и поднести к губам.

Между его бедрами пульсировало от нарастающего желания.

- Сколько женщин спало здесь? - нерешительно спросила Скарлетт, повернув голову, чтобы посмотреть на Хавьеро в полумраке.

- В этой постели? Никто. Насколько я знаю, единственная женщина, которая когда-либо спала в этой комнате, была моя бабушка. Она умерла еще до моего рождения.

- В самом деле? - Скарлетт перевернулась на бок, глядя на него. - А ты и Регина…

- Нет.

- А почему бы и нет?

«Она не была тобой».

- Мы все еще узнавали друг друга.

- Но по твоим словам, именно ради этого мы и делим постель.

В сиянии ночника ее бледное лицо выглядело сосредоточенным. Хавьеро почувствовал на себе ее взгляд как инфракрасный сканер, нагревающий его лоб и скулы.

- Ты не носишь повязку на глазу в постели.

Черт. Он снял ее по привычке, даже не подумав. Его рука дернулась, машинально потянувшись к тумбочке.

- Мне удобнее без нее, - сказал он.

- Тогда и не надевай. И что касается операции… - Скарлетт приподнялась на локте, нависнув над ним. - Не делай, если сам не очень хочешь. Локку будет все равно, как ты выглядишь, даже когда он подрастет. Если только последствия травм тебя морально ранят…

Она была похожа на ангела в золотом ореоле распущенных волос. Голос, наполненный теплом, волновал его. Сердце стучало древним барабанным боем, призывая ее.

Он хотел прижать Скарлетт к себе, почувствовать ее близость.

- Я все время думаю, как это ужасно, - сказала она вполголоса. - Ты мог погибнуть. Это была бы ужасная потеря для Локка.

«Только для Локка?»

Откуда, черт возьми, взялась эта мысль?

- Как это вообще случилось? Разве дикий зверь не был в клетке?

Она ахнула, когда Хавьеро одним ловким поворотом своего тела перекатил ее под себя.

- Именно так, - сказал он, стараясь не сжимать ее слишком сильно, поймав в ловушку, как требовал пещерный человек, проснувшийся в нем. - Я утратил бдительность, мой галстук развевался на ветру. Зверь прыгнул на меня, но, думаю, это был мой счастливый день.

- О, боже мой!

Не в силах сопротивляться, он припал приоткрытым ртом к ее нежной шее, легонько провел зубами по коже, влажным языком проложил дорожку к ложбинке у основания ее горла, где бился пульс.

Скарлетт задрожала, ее тело напряглось под ним.

- Испугалась? - Он стянул крепким поводком свои самые низменные побуждения.

- Н-нет… - пискнула она.

- Похоже, ты не уверена. - Дыхание Хавьеро на ее коже заставило Скарлетт затрепетать в его руках пойманной птицей.