— Всё может быть. — тоже серьёзно отвечали бабка с внучкой.

Он вышел, оглянулся. Никаких ножек у избушки, конечно, не было. Бедная землянка почти по крышу укрывалась в земле. Сверху насыпан слой земли, поросший кустарником. Так бедолаги прятались от княжеских слуг. Еловыми ветками прикрывали вход, похожий на нору. Вот почему и очага в убежище нет. Как же они тут зимой?

Лён встал посреди маленькой полянки. Бабка и внучка выползли следом и и теперь щурились на свет.

«Была не была!» — подумал Лён. Он выбрался на взгорок, освещённый солнцем, набрал в грудь воздуха и крикнул в небо:

— Сияр!!!

— Чего это ты раскричался?! — перепугалась бабка.

— Бабушка… — ошеломлённо пролепетала внучка. — Смотри!

В соснах зашумело. Сверху, размётывая воздух, опускался лунный конь Магируса — Сияр! Как был, в выцветшем сарафане, Лён взлетел к нему на спину. Конь был неосёдлан, но это и неважно. Лён давно выучился ездить без седла и без удил. Лунным скакунам и не требуется упряжь! Они повинуются голосу всадника.

— Как давно я не был на Селембрис! — закричал он.

Алёнка подскочила, не пугаясь серебряных копыт, и ухватила всадника за щиколотку.

— Дивоярец, ты вернёшься?!

— Девочка, я не дивоярец. — ответил он. — Это только конь волшебный. А я обыкновенный человек. Я не живу на Селембрис. Здесь я только гость. И я не могу ничего вам обещать. Спасибо за помощь, за одежду. А теперь я должен выручать друзей.

И он умчался, не дожидаясь ответа. Всё равно, ничего сделать для них он не сможет. Во всяком случае, сейчас.

Нарезая на своём коне широкие круги над местностью, Лён заметил поляну и прогоревший костёр. В целом местность выглядела совсем иначе, чем в его мире. Сходство полян оказалось чисто случайным.

Он не спешил спуститься на поляну, а начал приближаться к ней кругами. Если бы найти вчерашних разбойников, то можно было бы напугать их и заставить рассказать, куда девались два демона.

— Кого ты ищешь? — спросил конь.

Лён обрадовался. Как он мог забыть?! Дивоярский конь разумен и с ним можно говорить!

Узнав, в чём дело, сказочный скакун взлетел повыше, окутался сиянием и полетел вниз с таким пронзительным ржанием, что всадник чуть не сверзился с него.

Из леса бежали. Недавние разбойники спотыкались, падали и катились по земле. Они выскакивали на поляну и бросались на колени.

— Говорите, негодяи! — загремел сверху конь. — Где демоны?

— Ой, смилуйся, Василиса Премудрая! — вопили негодяи, затыкая уши. — Одного-то мы поймали, да к попу отправили, чтобы он его молитвами замучил! А другой — не обессудь — бежал! А третьего-то князевы слуги изловили!

— Где поп живёт?! — крикнул Лён.

— В городище! — отвечали негодяи.

Неподалёку от городища Сияр встал наземь.

— Я не могу лететь в густонаселённое место. — сказал он. — Гонда никогда не летал над городами. Значит, есть причина.

Лён простился с ним. Дивоярский конь и в самом деле, невелика подмога в городе. Получится ещё хуже — примут за демонов. Или, как негодяи — за Василису Премудрую. Как потом в обмане оправдываться? Так и пошёл Лён в город в своём старом сарафане. С платком на голове. Он очень надеялся, что никому не покажется привлекательной девицей.

В Селембрис логика событий несколько иная.