— Да что же ты, гадюка, терёшь поперёк-то половиц?! — рассердилась мамка и треснула Лёну по башке.

— Не надо, няню. — величаво ответил Костик. — Я уже усё ей обтолковал.

— Ой, княжич молодой! — заохала старая нянька. — Да что же дитятку проклятая смердовка всего измучила! Пойдём-ка, сокол молодой, попей кваску! Дай-ко личико утру!

— Я тебе давно уже усё понял! — отстранил няньку мнимый принц. — Желаю глядеть у окно отсюдова!

— Да что же, батюшка, — заквохтали няньки, — да мы ж тебе перинку вот взобьём! Да под липою постелем! Да девок порумяней с ветками поставим, чтоб махали!

— Так, усе быстро покинулы помещение! — грозно рёк княжич молодой и указал перстом на выход.

— Костян, что происходит? — обалдело спросил Лён, едва усе покинулы помещение.

— Лёнька, ты не поверишь, — быстро заговорил Костян, — я тут вправду княжич.

И далее последовала невероятная история, которая была бы сказкой даже на Селембрис. Только Костян успокоил Лёньку, чтоб не спорил, и оттащил подальше, как тут же побежал спасать и Федюна. Да куда там! Бандиты схватили Бубна и всем кодлом куда-то потащили. Костик заметался. И Лёньку бросить страшно, и Федьку оставить нехорошо! Кинулся к Лёньке, а того и след простыл! Он назад, к Федюну! Тут его и поймали какие-то бугаи на лошадях! Он думал — всё, сейчас убьют! А те, как глянули, так и закричали, типа, смотрите-ка, вылитый княжич молодой!

— Ну, я так понял, шо приняли меня за княжича за этого. — вдохновенно повествовал Костян. — Хотел усё им объяснить, что мол, ошибка вышла! Шо, мол, ищите дальше там в кустах! А они — куда там! — попёрли меня в город. Тут сам князь выходит. Ну, думаю, сейчас усё им объяснит. А он как глянул, так сразу и кричит: иде же ты, сынок, так долго пропадал! Я думаю: усе рехнулысь, я один в уме хожу! А он мне — Ваня, Ваня! И прёт в палаты, натурально! Я объясняю, шо я не княжич, и имя-то моё другое! А он мне: мол, неважно, забудем прошлое! И тут мне в зубы сразу полкуря суёт. Я думаю: пожру, там видно будет! Как обожрался, так, в натуре, и заснул. А как проспался, тут князь опять ко мне и говорит: ты, типа, Костя, не надо громко так ля-ля! Ведь, ежели по правде, то мы с тобой и сами того… неплохо знаем, шо никакой ты мне не Ваня! Да только разницы-то вовсе нет! Он, понимаешь, Ваня этот, попёрся в лес давненько так, ещё весной, да и пропал там. То ли волки его похавали, то ли сам убёг! А князю без наследника никак нельзя! А ты, грит, Константин, ну вылитый Ванюша! Вот и оставайся у мене заместо сына.

— И ты шо — поверил?! — ужаснулся Лён.

— Да якая ж разница — во сне-то?! — отвечал Костян. — Да не. Я ж ему казал, шо не могу долго княжичем быть тут у его. А он мне: нам, грит, главное шо? Главное — свадебку сыграть! Тут, видишь ли, какое дело! Князь роднится с каким-то крутым заморским паханом. Государственное дело! Тут подвести никак нельзя! Отечеством не шутят! Батя говорит: пора бы нам, славянам, покончить со всем позором своих междоусобиц. Земля большая, а порядку нет! Объединяться надо под одной рукою! С западными королями на должном уровне общаться, на равных, як царские особы! Поэтому сей брак есть чисто политический манёвр! Как королевнин батя из своего из Риму нас благословит, так обрету я титул цесаревский! Считай, с меня в Отечестве появятся цари!

Лёнька сидел на полу в грязном сарафане и смотрел, как молодой князь Чугунков важно расшагивает в своих гриндарах да в шёлковых портянках и рассуждает об Отечестве. Как же ему объяснить, что происходит?

— А ты Федюна не шукав? — спросил Косицын.