– Взаимно, – кивнул я.

Он накинул на меня теплую накидку.

– На Острове по-прежнему зима.

Надо же, я и забыл.

Но вернуться через два дня, как хотел, мне было не суждено.

Моя поездка затянулась.

Глава 16

На Острове бушевала метель.

Нормальная погода для нашей зимы. По привычке я сразу проверил, хорошо ли закрыты окна. Забавно: Сэв однажды устроил такую же метель на практикуме по боевым заклинаниям. Стоило нам потом перейти в учебную комнату для подведения итогов – я тут же кинулся проверять окна. Мне казалось, что снаружи до сих пор ревет ветер и валит снег. Так глупо выглядел!.. Сэв тогда пошутил: «Эл, ты решил выброситься из окна? Не получится, тут первый этаж». А Хэв презрительно добавил: «Он и здесь умудрится шею сломать».

Привычки искоренить невероятно трудно.

Окна, конечно, были крепко закрыты, а меня ждали: в спальне горел камин, было хорошо натоплено – так, что теплый плащ я поскорее снял. На столике у кровати в вазочке лежали пирожные, рядом стоял кофейник – конечно же, горячий. И большая кружка, из которой я всегда пил в библиотеке шоколад.

Определенно ждали.

Я поставил саквояж на ковер посреди комнаты и глубоко вдохнул знакомый аромат корицы и нагретого дерева. Я дома…

Серебряные знаки еще светились на стенах и потолке. Теперь я знал, что они означают: защиту от всего волшебного. Не будь я вписан в «гости» этого поместья, от меня бы уже мокрого места не осталось. Заклинания Шериады всегда были могущественными и совершенно безжалостными.

Почему-то эта мысль меня насмешила. Для Нуклия принцесса – обычный маг. Раньше она казалась мне чокнутой. Теперь – почти нормальной. Пожалуй, в Арлиссе именно я слыл чудаком – с моей заботой о морали и жалостью к ближним, которые потом с удовольствием ударят меня ножом.

Шериада сначала сама ударит, а после пожалеет.

За стеной, в библиотеке, часы отбили полдень. Гулко, с мелодией из музыкальной шкатулки – кажется, «Звездный ноктюрн» модного композитора.

Я улыбнулся, стоило отзвучать последнему удару. Тогда наступила тишина, и лишь уютно потрескивал огонь в камине.

Я дома.

Все было таким знакомым и одновременно чужим. Например, я долго не мог отделаться от мысли, что сейчас ночь: в Междумирье днем никогда не бывает так сумрачно. Там всегда ярко светит солнце, а здесь оно пряталось за низкими тучами.

И птиц не слышно. Не пахнет цветами.

Странно.

Я положил жилет на кресло – по привычке: Ори же уберет. Потом вспомнил, что Ори остался в Междумирье, и сам над собой посмеялся: как быстро я привык к жизни аристократа!

Плащ и жилет отправились на вешалку в платяной шкаф, до сих пор битком набитый моими вещами – старым гардеробом по моде Острова. Я машинально выбрал черный свитер, надел поверх сорочки, нашел теплые домашние туфли – тоже черные, руками пригладил волосы и отправился искать Рая.

В коридоре было пусто. Дверь в комнату Рая не открывалась. Я постучал, но мне не ответили. Надо было позвать лакея, а лучше – дворецкого и расспросить, где мой друг. В домах нашей знати слуги стоят буквально на каждом шагу. Раньше меня удивляло, почему у принцессы не так. Сейчас – казалось совершенно нормальным. В Арлиссе точно так же. Маги из нуклийской аристократии привезли с собой камердинеров и камеристок, но и только. В самой академии слуг не было вовсе. Зачем? Есть же ручные духи и бытовые заклинания.

Я только собирался спуститься – комнаты слуг находятся внизу, и уж с кем-то из лакеев я обязательно столкнусь, – как вдруг заметил поднимающегося ко мне по лестнице дворецкого.

Помню, как судорожно сжал перила – от удивления и страха.