Она чувствовала себя оторванной от своего тела, отделенной от ползучего ужаса, который состоял из острых клыков и скрежещущих зубов, пробирающихся вверх по ее позвоночнику.

Что это за тест? Мысли Эйры закружились вокруг этого вопроса, когда она увидела, как ее брат давит, врезается и магически атакует щит, который удерживает их под водой.

Щит нельзя было сломать, это признавала Денея… Почему он оказался здесь?

Она подплыла к Маркусу и схватила его за локоть, прежде чем он успел снова ударить окровавленными костяшками пальцев по щиту.

Остановись — одними губами произнесла она. Нормально общаться под водой было невозможно. У них было не так много воздуха в маленьких пузырьках вокруг носа и рта, и он быстро использовал его со всеми усилиями. Подожди.

Почему? — так же ответил он, отчаянно переводя взгляд с нее на щит.

Она сжала кулаки и сделала прерывистое движение в такт, покачав головой. Его нельзя сломать. Она надеялась, что он понял.

Его глаза продолжали метаться между ней и щитом. Маркус подождал несколько секунд, прежде чем еще раз попытаться сломать его.

Остановись! Эйра попыталась схватить его, но он проигнорировал ее.

Таким образом, он истощит себя. Это, должно быть, испытание на выносливость. Если его магия иссякнет, то маленький пузырь взорвется.

И так он утонет.

Эйра прижалась носом к щиту, не видя ничего из темного мира за светящимися, вращающимися линиями. Давайте, подумала она. Этого достаточно, выпустите нас.

Отзвуки атак Маркуса через воду были пыткой. Эйра слушала их гудение, когда на нее накатывало оцепенение, холоднее, чем вода вокруг нее, холоднее, чем лед горных вершин. Щит никуда не девался.

Магия Маркуса замерцала, когда он попытался призвать еще один ледяной клуб. Он растворился в воде. Эйра увидела момент, когда его сила дрогнула, и пузырь лопнул. Через мгновение он вернулся, кашляя и отплевываясь.

Нет, это заходит слишком далеко.

Эйра повернулась к щиту, наконец-то направив на него свою собственную магию. В тот момент, когда она попыталась, она почувствовала, насколько слаба ее сила уже от попыток сохранить ей жизнь. Борьба с законами природы накладывала отпечаток на любого чародея; они могли продержаться только до тех пор, пока хватало сил. И даже если бы ее магия была достаточно сильна, у нее кончился бы воздух в ее крошечном пузыре, и она потеряла бы сознание, а затем утонула.

Она начала атаковать с тем же неистовством, что и Маркус. Она положила руки на щит, под которым образовался ее собственный ледяной диск, к которому Эйра попыталась прижаться. Щит не сдвинулся с места.

Она послала свою магию на другую сторону щита, наблюдая, как лед бешено вздымается на вершине озера. Помогите, она представила ледяное заклинание. Помогите!

Маркус схватил ее за плечо с широко раскрытыми глазами. Помоги! Его губы произнесли слово, о котором она только что подумала, и Эйра наблюдала, как пузырь лопнул.

Не раздумывая, Эйра потянулась к своему лицу, взяла часть своего собственного пузыря и прикрепила его к Маркусу. Она удерживала его там с помощью своей собственной магии. Маркус закашлялся и зашипел, его глаза затуманились.

Они должны были убираться отсюда, сейчас же. Если они не смогут, то они обречены.

Эйра повернулась лицом к щиту и прижала к нему руки. Она так сильно вонзила в него пальцы, что ногти треснули и загнулись назад. Кровь смешалась с темной водой. Эйра представила, как ее магия протягивается сквозь свет, закручивая, ослабляя его, разрушая.

Остановись. Остановись. Остановись! — мысленно кричала она.

Она представила, как ее ледяные щупальца тянутся до самого человека, который создал щит. Она убьет его. Она заморозит его заживо — Денею, Ферро, кого-то еще, ей было все равно. Она убила бы, чтобы спасти своего брата, если бы это потребовалось — заморозить все, чтобы выбраться.