Остановись!

Ее магия усилилась, и мир погрузился во тьму. Пузырь вокруг ее рта лопнул, и Эйра сделала глоток воды, когда щит исчез.

Она вынырнула на поверхность, задыхаясь и сильно кашляя, осколки льда подпрыгивали вокруг нее. Эйра закашлялась.

— Маркус? — слабо позвала она между приступами кашля. Ее горло горело. — Маркус!

Он так и не поднялся наверх.

Каждый кусочек инстинкта самосохранения восстал против того, чтобы она снова нырнула с головой в эти темные воды и вернулась туда, где только что была поймана в ловушку. Но Эйра все равно это сделала. Она собрала последние силы и на этот раз принесла с собой достаточно воздуха.

Она поплыла вниз, в чернильные глубины, в глубокую пустоту самих царств Отца. Она бы покинула этот мир, если бы это означало вернуть его. В поле зрения появился Маркус, бледный и похожий на привидение в отфильтрованном лунном свете.

Эйра потащила его обратно на поверхность. С помощью магии она подтолкнула их к берегу. Вода опустила их на замерзшую землю бестелесной рукой, которая быстро вернулась обратно в озеро.

— М-Маркус? — Ее зубы стучали, но не от холода. Мороз уже приморозил ее одежду к коже, волосы к шее, но она дрожала не поэтому. — Маркус?

Эйра положила руки ему на грудь и попыталась почувствовать воду в его легких. Осторожно, неуклюже она подалась вперед. Как ужасный гейзер, он вырвался из его горла.

— Дыши, — прошептала она. — Пожалуйста, дыши. — Она толкнула его в грудь, как учили их моряки в тот день, когда они играли на пляже. Но Эйра знала, что она делала все неправильно.

Возможно, она смогла бы сделать что-то большее, если бы дядя научил ее тому же, чему научил Маркуса. Возможно, если бы она была сильнее с самого начала. Возможно, если бы она вообще не участвовала в испытаниях, он бы остался на проторенном пути, потому что не исследовал бы этот альтернативный маршрут.

— Давай, Маркус. Это… это просто иллюзия опасности. Это не по-настоящему. Это не по-настоящему. — Эйра обхватила лицо брата обеими руками. — Маркус, пожалуйста, — заскулила она. — Пожалуйста.

Вскрикнув, она вернулась к давлению на его грудь. Сначала она считала, но потом ее толчки потеряли всякий ритм. Они были безнадежны и безумны.

— Не делай этого. Маркус. Ты не можешь. Ты не можешь… умереть.

Эйра откинула голову назад и издала самый ужасный звук, который она когда-либо слышала. Звезды задрожали от ее крика. Деревья задвигались.

А когда она закончила…

Она выпустила еще один вопль.

Глава 24

Эйра издала долгий, затихающий вопль, пока ее хриплый голос, наконец, не сорвался. Она будет кричать до тех пор, пока не сможет выдавить ни звука… пока она не превратится в пустую пещеру, пустоту и полностью не онемеет.

— Помогите! — взывала она к небесам. Она осознавала, что ее брат умер. И все же она не переставала кричать: — Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! Помогите!

Она кричала инстинктивно… не задумываясь о том, что тот, кто может ответить на ее призыв, окажется именно тем человеком, что поймал их в ловушку подо льдом. Что он может быть тем, от кого Эйре надо держаться подальше.

— Помогите! Ему… моему брату… Он… — Ее голос сорвался.

Это произошло потому, что мы нарушили правила? — вопрошала Эйра, оплакивая брата. Мы должны были выбираться по одиночке… а мы осмелились пробираться вместе. Мы жульничали на втором и четвертом испытаниях.

И они были наказаны за это.