— Я видел фургон два дня назад, — наконец заговорил незнакомец. — Сейчас он, наверное, далеко.

— А как женщина? С ней все в порядке? Ей ничего не угрожает?

— Она достаточно хорошо себя чувствует, чтобы врать, — буркнула Эксия.

— Я ничего такого не заметил. Кажется, она всем была довольна. Они устроились на ночлег возле дороги, и мужчина ухаживал за ней так, словно она королева Англии.

— Теперь нет никаких сомнений: это действительно Франческа.

Джеми пнул ее ногой под столом, чтобы она замолчала.

— А как выглядел мужчина? Что вы можете сказать о нем, кроме того что он крупный? Незнакомец пожал плечами.

— Да в нем нет ничего примечательного. Каштановые волосы. Карие глаза. Невзрачный, но и не урод. Не уверен, что узнаю его, если еще раз встречу.

Джеми в ярости ударил кулаком по скамье: у него сведений не больше, чем полчаса назад.

— Да, вот только его ухо, — вмешался в разговор еще один мужчина.

— О да, — согласился первый. — У него половина уха. Верхняя часть срезана.

Джеми ошарашено застыл, затем его губы медленно растянулись, и он расхохотался, закинув голову. Присутствующие изумленно уставились на него.

Наконец ему удалось справиться с собой.

— Генри Оливер, — заявил он с таким видом, будто это имя все объясняло.

Джеми от души поблагодарил незнакомцев, от которых получил столь ценную информацию, а когда те ушли, занялся едой.

Миновало пять минут, прежде чем Эксия сообразила, что он не намерен что-либо рассказывать ей.

— Ты так и будешь молчать? — возмущенно осведомилась она. Джеми хитро улыбнулся, и она догадалась, что он просто испытывает ее терпение. — Рассказывай! — процедила она.

— Генри Оливер безвреден. Лучше него никто не позаботится о Франческе. Ей ничто не угрожает.

— Но он же похитил ее! Наверняка он преследовал какую-то цель. Должно быть, он потребует выкуп за… — Оглядевшись по сторонам, Эксия удостоверилась, что их никто не слышит. — …За наследницу Мейденхолла.

— Деньги Генри не волнуют. Он похитил ее ради любви.

— Он любит Франческу? — с недоверием спросила Эксия.

— Нет, он любит мою сестру Беренгарию. Еще когда мы были детьми, он пытался добиться того, чтобы ему пообещали ее руку.

— Но ты не разрешил им пожениться?

— Оливер глуп как пробка.

— А-а, тогда вполне вероятно, что Франческа ему понравилась. Родственные души.

— Нет, нет, ты не поняла. Оливер действительно дурачок. Он верит всему, что ему говорят, например, что деньги находят в пещерах в Африке. В детстве мы часто играли в прятки, и он просто закрывал глаза — он так прятался. Оливер считал, что, если он никого не видит, то и его никто не видит.

— Полагаю, он давно вырос из этого, — заметила Эксия, вспоминая, что в детстве ей тоже часто случалось быть предметом чьих-либо насмешек или издевательств. — Возможно, повзрослев…

Джеми приподнял одну бровь.

— В прошлом году в его каменном амбаре образовалась дыра и туда повадились ходить крысы. Тогда Оливер разрушил амбар, а зерно сжег, чтобы оно не досталось крысам.

— Но почему он просто не заделал дыру? — удивилась Эксия. — А, понятно, — после паузы произнесла она и отхлебнула эля. — Он из тех, кто покупает «драконову ткань».