Джеми решил, что она имеет в виду изрытое оспинами лицо, потому что не видел никаких других недостатков в женщине, которую обнимал. Она казалась ему чистой и непорочной и даже более красивой, чем Диана, богиня луны.

— Наверное, я действительно люблю тебя. — Лишь произнеся эти слова, он до конца осознал их смысл и поправился: — Но только сегодня ночью.

— Этого достаточно.

Джеми прижимал ее к себе, а Эксия целовала его лицо и шею.

— Ты снимешь одежду? — спросила она.

— Нет, ты снимешь ее.

Эксия губами почувствовала, как он улыбнулся.

— Я? — воскликнула она с таким энтузиазмом, что он засмеялся. — А могу я дотронуться до тебя?

— Да, Диана, любимая, ты можешь дотронуться до меня, — громче засмеялся Джеми и, подхватив ее на руки, закружился по палатке. — Сегодня был ужасный день, но ты вылечишь меня, ты станешь моей наградой за то, что мне пришлось пережить.

«И ты, ты награда за то, что мне пришлось испытать за всю мою жизнь», — подумала Эксия. Обняв его, она поняла, что впервые чувствует себя такой счастливой.

— Целуй меня. Целуй меня, пока мои губы не онемеют и я не смогу произнести ни слова.

— Да, — опять засмеялся Джеми. — Я буду целовать тебя всю.

— А я — тебя. Но как мне снять с тебя одежду? Он помог ей раздеть себя, и она с чисто детским любопытством, подстегнувшим его возбуждение, принялась исследовать его.

— А можно мне дотронуться до тебя вот здесь? — спросила Эксия, и ее рука скользнула ему между ног.

У Джеми не было сил отвечать, он лишь застонал и, положив девушку на кровать, принялся неистово ласкать ее прекрасное тело, прикосновение к которому доставляло ему неземное блаженство.

Эксия лежала неподвижно, наслаждаясь тем, что он с ней делал. Ей нравилось чувствовать его губы на своей груди, его руки у себя между бедер, его палец внутри себя. Когда он лег на нее и она ощутила на себе вес его тела, ее охватил восторг.

— Я люблю тебя, Джеми, — прошептала она. — Я люблю тебя.

Джеми промолчал и начал входить в нее. Ее крик заставил его резко остановиться.

Решив, что чем-то не угодила ему и что он намеревается оставить ее, Эксия, неумело подняв бедра, приняла в себя его плоть — и едва не заплакала от боли.

— Милая моя, — проговорил Джеми, изо всех сил пытаясь сохранить контроль над собой, и слизнул слезинки, выкатившиеся из ее глаз, — не торопись. У нас вся ночь впереди.

Когда боль прошла, Эксия обнаружила, что новые ощущения очень приятны.

— А мне нравится, — заявила она и раскинула руки. — Возьми меня, Джеми. Я твоя.

Он засмеялся. Она отличалась от всех, кого он когда-либо знал. Как будто она не имела ни малейшего представления о том, где и как надо себя вести.

— Да, — пробормотал он и задвигался в ней. Глаза Эксии расширились от изумления. Она думала, что он войдет в нее и этим все ограничится, но то, что он делал сейчас… О, это было потрясающе! Закрыв глаза, она, повинуясь инстинкту, выгнулась ему навстречу. Когда его движения убыстрились, она закинула ноги ему на спину и прижала его к себе.

Вдруг он замер, потом содрогнулся и рухнул на нее. Эксия с блаженством думала о том, что ему хорошо, и удивлялась тому, что всего мгновение назад он был тяжелым и сильным, а теперь стал легким и беззащитным, как ребенок.

Она нежно погладила его по голове, счастливая от того, что смогла доставить ему удовольствие.