Мои губы дрожали, когда я наконец выдавила:

— Почему ты позволил мне все это время так ненавидеть тебя?

Я почувствовала, как пальцы на моем плече ослабли, и я наконец осмелилась взглянуть Кэри Хейла. Между его бровями залегла морщинка.

— Все то время, я думала, что готова умереть, лишь бы все закончилось. Любить и чувствовать из-за этого вину… ненавидеть… это было так сложно… — мои губы стали влажными из-за слез. — Почему ты позволил мне винить тебя, если ты на самом деле не был виноват?

Он отпустил меня, отстраняясь:

— Я больше не понимаю, о чем ты говоришь.

Но его ожесточенный голос, и отстраненный взгляд, подсказывали, что он все понял.

Я могу сейчас остановиться, и сделать вид, что пошутила, или сменить тему, или притвориться, что говорю о других вещах.

Один раз, два, три, ск олько ошибок ты будешь совершать? В реальном мире у людей нет шанса искупить грех.

Я сморгнула слезы:

— Ты уже давно знал, о том, что происходит?

— Знал, о чем? — он вопросительно посмотрел на меня. Но, может это из-за его души, или из-за того, что я слишком хорошо знаю его, но я вижу, как он лжет мне.

Сейчас, вспоминая о том, что происходило со мной год назад, я понимаю, насколько изменилась. Я думаю, и Кэри Хейл видит эти изменения во мне; Безликий сказал, что я должна опуститься в ад, в самую глубь темноты, чтобы заглушить боль вины. Это — ничто, по сравнению с тем, что испытал Кэри Хейл.

Смерть — ничто… иногда есть кое-что хуже смерти…

— Теперь я знаю, какая именно связь между тобой и мной, Кэри. Я знаю все, что ты утаил от меня, и я… — я шумно втянула воздух, в легкие. — И я думаю, что ты был прав, что иногда жизнь во лжи может принести успокоение…

Кэри Хейл медленно вздохнул, зажмурился, и взял меня за плечи:

— Что бы ты не узнала, это не правда, Энджел.

— Ты больше не можешь меня защищать, Кэри.

Мне хотелось бы выглядеть сейчас более оптимистично, но я чувствую, что в груди лопаются мои чувства по швам, и все обливается горячей болью, наполняет каждую клетку чувством вины.

Я видела, как в его глазах отразилась паника. Впервые за всю свою жизнь, должно быть, у этого парня не было плана, как поступить. Зато у меня был. Я шумно набрала воздух, и выпустила:

— ДАВАЙ. СДЕЛАЙ ЭТО. ЗАБЕРИ СВОЮ ДУШУ.

Повисло молчание, но даже оно было таким громким, что казалось, звенит в пространстве между нами. Кэри опустил руки по швам, глядя на меня, как врач смотрит на психа-пациента:

— Что, прости?

— Я сказала, я хочу, чтобы ты забрал свою душу. Из меня. Прямо сейчас. Быстро.

Кэри Хейл рассмеялся.

— Ты, должно быть, переутомилась, Энджел. Я приготовлю тебе бульон, и позволю остаться еще ненадолго. — Он сделал несколько шагов, но я схватила его за руку. Он остановился, испепеляя меня взглядом:

— У тебя есть еще какие-то безумные предложения ко мне?

— Я знаю, что случилось между нами в прошлом, поэтому ты можешь больше не притворяться, Кэри. Я наконец-то все знаю, и это — шанс хоть раз в жизни правильно поступить.

— Ты сош…

— Теперь, ты должен забрать свою душу. Из моего тела.

— Если позволишь, я только приготовлю бульон, и мы обсудим…

— НЕ НУЖЕН МНЕ ТВОЙ ЧЕРТОВ БУЛЬОН! ДУМАЕШЬ, Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? ТЫ СНОВА ХОЧЕШЬ ВЛЕЗТЬ КО МНЕ В ГОЛОВУ, И ПОВЛИЯТЬ НА МЕНЯ! — я запуталась, пока орала, и так как на Кэри Хейла это не произвело никакого эффекта, я снизила тон голоса: — Ты больше не будешь манипулировать мной, и обманывать меня, потому что я виделась кое-с-кем.