Она резко остановилась оборачиваясь. Мне показалось, она взбесилась, от моих комментариев, но в ее взгляде читалось любопытство.

— Значит, ты уже сделала свои выводы, и теперь у тебя совершенно нет вопросов?

Я презрительно сморщилась:

— Боже, ты говоришь прямо как он. Передай своему дружку Кэри Хейлу, что я жду удобного случая, чтобы сдать его в полицию.

Она рассмеялась. Это был искренний смех, взбесивший меня до глубины души.

— И почему ты не сделала этого раньше? Позволь мне ответить на свой же вопрос: потому, что среди нас есть еще кое-кто… кое-кто, совершенно сумасшедший, кому никто не верит, да? И мы с тобой обе знаем, кто это. — Серене доставляло удовольствие видеть, как меняется мое лицо с каждым произнесенным ею словом. — Ты больше никому не скажешь о той ночи, потому что ты знаешь, никто не поверит тебе. Уже не верят. Потому что с маленькой девочкой случилось кое-что плохое, и ее мозг поврежден…

— Ты за этим пришла? — оборвала я. — Разве тебе не нужно готовиться к следующим урокам?

Серена склонила голову на бок. Я терпеливо ждала, но она ничего не произносила, и тогда я поняла: она знает все. Обо мне, о Кэри Хейле, о нашей связи и о том, что он сделал со мной.

— Он рассказал тебе, верно? — мой желудок сдавил спазм боли и отвращения. — Рассказал, что это он сбил меня на машине год назад, а затем, сбежал из города? Сказал, что он был одержим мною, и жаждой моего убийства, и поэтому вернулся?

Серена снова рассмеялась, затем сняла очки с носа, и сложила их в руке. Она с улыбкой смотрела на меня, как смотрят взрослые люди на детишек, которые представляют себя кем-то вроде президентов, космонавтов…

Ненавижу ее.

— Сказал, что одержим жаждой твоего убийства? Значит, вот так он все объяснил тебе?

— О чем ты говоришь? — боль в желудке увеличилась.

— Я сказала тебе не делать ошибок. Сказала тщательнее присматриваться к вещам.

— Этот козел похитил меня! — рявкнула я, вскакивая на ноги. Эта ведьма меня злит. Кем она себя возомнила? Как смеет после всего, что сделала мне, еще приходить с таким напыщенным видом, и притворяться, что знает что-то такое, чего не знаю я?! — Он накачал меня наркотиками, а потом проделал в моей груди огромную дыру. И что не так я здесь поняла?! После того миллион раз повторенного вслух заявления: «Я ХОЧУ УБИТЬ ТЕБЯ».

Это было чертовски громко, но на Серену мой рев не произвел никакого впечатления. Я раздосадовано выдохнула, плюхаясь на стул:

— Не знаю, зачем ты здесь, да и не хочу знать. Просто не трогай меня, Серена. Прекращайте портить мне жизнь.

Я отвернулась к ноутбуку, и нажала на кнопку, включая. Экран загорелся.

Я пыталась игнорировать все то время, пока Серена стояла за моей спиной. У меня мурашки бегали по всему телу, от ее проникающего сквозь мой затылок взгляда. Наконец она мрачно пообещала:

— Ты еще пожалеешь.

Услышав, как ее шаги удились, я расслабилась, сползая в кресле.

Она снова мне угрожала. Но что именно она имела в виду? Почему я должна жалеть? О чем? Она ничего не сказала, только несла какой-то бред, что в стиле Серены.

Он солгал, она сказала.

Я зажмурилась, вспоминая ее слова.

Значит вот так он все объяснил тебе?

Было что-то большее в той ночи? Что-то, что я не помню?

Я сказала тебе не делать ошибок. Сказала тщательнее присматриваться к вещам.

«Один раз, два, три, сколько ошибок ты будешь совершать? В реальном мире у людей нет шанса искупить грех», — вспомнила я, слова моей галлюцинации.