– Скотт, мы превратили его в федеральное расследование отравления веществами из красного списка. Реакция преступника может быть… непредсказуемой.

Внутренне Скотт согласился с ним. Тем не менее после разговора с Джейн этим утром он уже не мог выбросить университетское дело из головы. Единственной его мыслью было: «Я должен держаться с ней рядом». Никому, кроме разве что Эрика, он не доверил бы присматривать за Джейн. Меньше всего Скотт хотел повторения Атланты.

Ему пришлось приложить усилие, чтобы скрыть озабоченность в голосе:

– Потому-то мы и должны привлечь максимум ресурсов.

– Ты всегда говоришь «мы», если это твоя идея.

Скотт ухмыльнулся.

– Ну как только ты предложишь какую-нибудь идею, я с удовольствием присоединюсь.

Эрик состроил гримасу, но спорить не стал.

12

Выйдя в приемную, чтобы узнать, в чем причина внезапного шума, Джейн и Стили увидели там Скотта: он представлял Эрика их секретарше. Кэрол раскраснелась под действием чар Скотта – как всякий раз при встрече с ним. Он активно демонстрировал, что помнит все подробности ее истории о поездке в детстве на материном «Субурбане» с деревянными панелями по дорогам Аляски (дело было в 1940-х). Эрик делал вид, что сильно впечатлен – одновременно Кэрол и Скоттом.

– Кэрол может похвастаться не только аляскинскими приключениями, Хьюстон, – заметила Стили.

– Ты имеешь в виду ее работу психологом-консультантом в полиции Лос-Анджелеса?

Стили напряглась.

– Откуда ты знаешь, что Кэрол работала в правоохранительных органах?

Джейн интересовал тот же самый вопрос.

Скотт улыбнулся Кэрол.

– Мы пару раз поболтали, правда же?

Гордая улыбка секретарши заставила Джейн преисполниться теплых чувств к Скотту.

– Рада возобновить наше знакомство, – сказала Кэрол. – Но вы упоминали, что рассчитываете получить консультацию Джейн и Стили?

Джейн как раз задавалась вопросом, зачем агенты явились к ним лично. Упоминание о консультации ее заинтриговало.

– Мы покажем Эрику офис. Догоняй, Скотт.

Эрик заметил через стеклянные двери в кабинете Джейн шкафчики для файлов, которые, как она объяснила, были частично заняты делами о пропавших и найденных людях. Он указал на них подбородком.

– Вам когда-нибудь удавалось получить совпадение с живым человеком?

– Пока нет.

– Но как вы вообще это делаете? Я имею в виду, вы же не бродите по дорогам в поисках пропавших? – Он огляделся по сторонам.

– Не бродим, – подтвердила Джейн. – Это мы оставляем полиции. Но ищем в больницах и хосписах, принимающих людей, которые потеряли память – будь то от травмы, амнезии или деменции. В учреждениях, где содержатся малолетние дети, которые не могут назваться. Параметры поиска у нас телесные – рентгеновские снимки, стоматологические карты и все в этом роде.

Эрик понятливо закивал.

– Ну конечно! Я и забыл, что бывают живые Доу… А как вы связываетесь с больницами? Через какую-то сеть?

Джейн покачала головой.

– Нет. Пока никакой сети не существует. Мы обращаемся к ним напрямую.

– Не забывай, – добавила Стили, – что больницы обязаны вносить данные пациентов, потерявших память, в список в НБДП. Медицинские учреждения, кстати, старательно исполняют это обязательство. Вопрос в том, как заставить правоохранительные службы отрабатывать информацию из НБДП. – Она указала ему на другие двери, ведущие в холл.

Они задержались возле комнаты для отдыха, совмещенной с кухней – Эрик согласился выпить холодной воды, – и прошли в лабораторию в задней части здания.