– Я одна из ассистентов преподавателя на лекциях, а другой ассистент заболел. Мне пришлось включать видеоматериал в четыре часа. Иначе, я безусловно, пришла бы. Спасибо, что подождали. Надеюсь, я не доставила вам большие неудобства.

– Никаких неудобств. Спасибо, что согласились встретиться.

– Ну, если копы тебя о чем-то просят, с ними как-то не хочется спорить…

Они сели, и Джейн начала:

– Итак, мне сказали, что это вы были инициатором создания «Мешанины» два года назад…

– Да. Удивительно, что клуб привлек так мало внимания. Иногда ты опережаешь время.

– А какова была цель клуба?

– Я пыталась создать трибуну для людей смешанного происхождения или просто интересующихся вопросами расовой идентичности. Чтобы они могли собраться вместе и поговорить. Никакой особенной цели не было. Без политики, если не считать вопросов из разряда «в бланке переписи можно указывать разные расы, но кто потом все это подсчитывает?» И тому подобного.

Речь Эйприл лилась, как у опытного политика в ролике по телевидению, и Джейн уже стало интересно, что еще она могла бы сказать о расовой идентичности. Но тут ей вспомнился детектив Уэст, и она вклинилась в монолог:

– В клуб могли вступать только студенты смешанного происхождения?

– О нет. Он был открыт для всех, но записалось только восемь человек, включая меня. А надо было двенадцать. – Эйприл наморщила носик. – Не лучшее мое начинание.

– Вы были знакомы с этими людьми до дня записи в клубы?

– Только с двумя. Остальных пятерых я не знала, включая Джареда и Риган, о которых, как мне известно, вы собираетесь меня спросить.

– Похоже, вы их помните.

– Дело в том, что меня интересуют представители смешанных рас. Вот как вы. Вы же смешанной расы, не правда ли?

Джейн удивилась. Большинство американцев, с которыми ей приходилось сталкиваться, решали, что она латино, и этим ограничивались.

– Да, так и есть, – ответила она.

– Я подумала об этом из-за вашей фамилии. Ваш отец белый?

– Да, белый американец. А мама из Венесуэлы, и сама смешанных кровей.

– О, я понимаю, – сказала Эйприл. – У вас и африканские корни есть?

Джейн кивнула.

– Бабушка по материнской линии была из Ганы. А у вас?

– Мама – белая, отец – навахо. Вы, похоже, удивились, когда я заметила, что вы смешанная…

– Это правда.

– У меня щелкнуло в голове, как только я вас увидела.

Джейн сразу же вспомнилось тело Джареда Стилсона – его волосы – на стройплощадке. В момент, когда она их увидела, у нее тоже «щелкнуло в голове».

– Я недавно поняла, что обращаю внимание на смешанные пары, – сказала она. – И всегда смотрю, есть ли у них ребенок.

– Я тоже. Это что-то вроде узнавания и одновременно любопытства – хочется знать, похожи ли они на меня.

– Да! А если пара межрасовая, то какие именно расы смешались, уже и значения не имеет… их просто приятно видеть.

– Точно.