из кабинета, подходит к каретам и объявляет, что государь приказал звать нас

в Петергоф. Батюшка велел было ехать, а Василий Иванович сказал ему: "Полно,

не слушайся; знаю, что такое. Государь сказал, что он когда-нибудь пошлет за

дамами, чтоб они явились во дворец, как их застанут, хоть в одних  рубашках.

И охота ему проказить накануне праздника!" Но курьер попросил батюшку  выйти

на минуту. Они поговорили  -  и  батюшка  велел  тотчас  ехать  в  Петергоф.

Подъезжаем ко дворцу; нас не пускают, часовой сунул к нам в окошко  пистолет

или что-то эдакое. Я испугалась и начала плакать и кричать. Отец мне сказал:

"Полно, перестань; что за глупость", и  потом,  оборотясь  к  часовому:  "Мы

приехали по приказанию государя". - "Извольте ж идти в караульню". - Батюшка

пошел, а нас отправил к ***, который жил в домиках. Нас приняли. Часа  через

два приходят от батюшки просить нас в  Monplaisir.  Мы  поехали;  матушка  в

спальнем платье, как была. Приезжаем  в  Monplaisir;  видим  множество  дам,

разряженных, en robe de cour {4}. А государь с  шляпою  набекрень  и  ужасно

сердитый. Увидя государя, я испугалась, села на пол и закричала: "Ни за  что

не пойду на галеру". Насилу меня уговорили. Миних был с нами. Мы приехали  в

Кронштадт. Государь первый вышел на берег; все дамы за ним. Матушка  с  нами

осталась на галере (мы не принадлежали той партии).  Графиня  Анна  Карловна

Воронцова обещала прислать за нами шлюпку.  Вместо  шлюпки  через  несколько

минут видим государя и всю его компанию, бегут назад - все опять на галеру -

кричат, что сейчас станут нас бомбардировать. Государь ушел a fond  de  cale

{5} с графиней Лизаветой Романовной; а  Миних,  как  ни  в  чем  не  бывало,

разговаривает с дамами, leur faisant la cour {6}. Мы приехали в Ораниенбаум.

Государь пошел в крепость (?), а мы во дворец. На другой день  зовут  нас  к

обедне. Мы знали уже все. Государь был  очень  жалок.  На  ектинье  его  еще

поминали. Мы с ним  простились.  Он  дал  матушке  траурную  свою  карету  с

короною. Мы поехали в ней. В Петербурге народ принял нас  за  императрицу  и

кричал ура. На другой день государыня привезла матушке ленту.

     12 августа. - Потемкин очень меня любил; не знаю, чего бы он  для  меня

не сделал. У Машеньки была une  maitresse  de  clavecin  {7}.  Раз  она  мне

говорит: Madame, je ne puis rester a Petersbourg. - Pourquoi ca?  -  Pendant

l'hiver je puis donner des lecons, mais en  ete  tout  le  monde  est  a  la

campagne et je ne suis pas en etat de payer un equipage, ou bien  de  rester

oisive. - Mademoiselle, vous ne partirez  pas;  il  faut  arranger  cela  de

maniere ou d'autre {8}. Приезжает ко мне Потемкин. Я  говорю  ему:  "Как  ты

хочешь, Потемкин, а мамзель мою пристрой куда-нибудь". - "Ах, моя голубушка,

сердечно рад, да что  для  нее  сделать,  право  не  знаю".  Что  же?  через

несколько дней приписали мою мамзель к какому-то полку и дали ей  жалования.

Нынче этого сделать уж нельзя.