- Эй, деревня! - затопотали копыта. Взрывая снег, из проулка вылетело несколько верховых. - Почто тут? Сторонись! Что рты поразевали?

    А что, нельзя? - берладники мигом опомнились.

    - Поди прочь!

    - А почто? - заворчали ватажники. - Вот станем тут! Нам тут любо!

    В глубине улицы показался возок, окружённый верховыми.

    - Воевода Тудор в терем свой спешит. Живо дорогу давайте! - заорали отроки.

    - А кто он таков, этот Тудор? - Иван выехал вперёд.

    - Самого великого князя Всеволода Ольжича правая рука! Всему Киеву тиун! - ответил один из отроков и опасливо покосился на приближающийся возок.

    - Мне к князю Всеволоду надобно! - сказал Иван.

    Тут возок воеводы остановился. Кони осаживались на задние ноги, храпели, рыли копытами снег. Окружившие его верховые подобрались, готовые к драке.

    - Чего расшумелись? - послышался недовольный голос, и, откинув медвежью полсть, выглянул воевода Тудор. Был он не стар и частенько сам ездил верхом, но сейчас ворочался с князевой службы - так пусть весь город видит, какой он важный боярин.

    - Лихие люди озоруют, воевода! - сотник подъехал ближе. - Прикажи стражу кликнуть!

    - Белым днём? Да близ Софии? - скривился Тудор. - Вы откуда будете?

    - Из Берлада, - за всех ответил Иван. - Это мои люди.

    - А почто тут сгрудились, яко овцы без пастуха? Честному народу проход закрываете…

    - Впервой мои вой в Киеве, - объяснил Иван. - Загляделись на божий храм.

    - А-а… - Недовольное лицо воеводы разгладилось. Он перекрестился на купола. - София - первый храм на свете. Другой такой нету, хошь полмира обойди!… А почто берладники в Киеве толкутся? - вдруг словно опамятовал он.

    - К князю Всеволоду я приехал, - объяснил Иван.

    - Всеволоду Ольжичу только и дела, что всякую деревенщину привечать, - проворчал сердито Тудор.

    Ивана словно ударили. Привык он считать себя изгоем, но когда чествовали его в Добрудже князем, боль притупилась. А тут при слове «деревенщина» вспыхнула обида с новой силой.

    - Я князь, - процедил он, глядя поверх головы воеводы, сквозь стиснутые зубы.

    - Князь? - усмехнулся Тудор. - Откуда?

    - Наш он князь, - загудели за спиной дружинники. - Наш! Берладский! Людство его крикнуло…

    - Князь-берладник! - покрутил головой Тудор. - Сколько живу, такого не слыхал… Ну, добро. Коли правда, ступайте к Иринину монастырю. Там вам стол и кров. А после к князю наведаетесь. Да не озоруйте тут!

    Спросив у сотника, в какой стороне Иринин монастырь, Иван Ростиславич первым поворотил коня в нужную сторону.

    Через два дня он с малым числом дружинников подъезжал к княжескому дворцу.

    Уж на что велики были палаты Владимирка Володаревича в Галиче, а ни в какое сравнение не шли с белокаменным дворцом великого Киевского князя.