Короткая, пламенная речь.

И войско пришло в движение.

— Матерь Божья! — воскликнул Антуан, когда бойцы стали получать пики и щиты из обоза.

— Что там? — напрягся стоящий рядом Фридрих.

— Сегодня какое число? Какой месяц?

— Двадцать восьмой день октября. А что? — удивился Карл.

— А когда Константин Великий разбил своего оппонента здесь же, у Мульвиевого моста?

— Осенью где-то, — пожал плечами Фридрих. — Но причем тут это?

— Сам посмотри. — ответил Антуан. И передал ему зрительную трубу.

— Господи Иисусе! — меньше чем через минуту воскликнул Император, когда приноровился и присмотрелся.

— Да что там такое?! — раздраженно воскликнул Карл, который вяло наблюдал за ними от палатки. Даже толком на облачившись. — Что вы ахаете?!

— Хризма.

— Что?! Кто?!

— У Иоанна на всех щитах изображена хризма.

— Ох… — выдохнул кардинал, что ехал с Фридрихом от самой Вены. — Двадцать восьмое октября. Это же тот самый день…

— Как удобненько… — заметил Антуан.

Тем временем войска короля Руси выстроились и приготовились к атаке. Впереди он поставил своих спешенных телохранителей, которые были «упакованы» в прекрасные полные латные доспехи.

Они взяли в руки пики.

Навесили плечевые ремни круглых щитов пикинеров. Не только для красоты и символизма, но и потому, что они позволяли прикрыть единственное уязвимое место во фронте — левую подмышку.

И пошли в атаку на мост.

Все три сотни бойцов.

Прямо в лоб на спешно строящихся швейцарцев.

Молча.

Только барабаны и флейты играли обычную мелодию, под которую армия короля Руси атаковала.

За ними двинулся еще один отряд, чуть побольше. Основная же масса русской пехоты занималась активным перестроением и не спешила на мост.

— Началось. — тихо произнес представитель Анны де Божё.

— Спешенные латники — это интересное решение, — заметил Карл Смелый. — Но вряд ли оно даст победу.

— Да, я тоже так думаю, — кивнул представитель Валуа. — Их не пробить пиками. Но они устанут. И их свалят, а потом затопчут.

Минута молчаливого наблюдения.

Сошлись.

Медленно. Шаг за шагом сдвигаясь. Наконец уперлись и пошли работать пиками.

И почти сразу через головы латников полетели ручные гранаты. Потому что их подпирали гренадеры, каковых полагалось по взводу на полк. Только тут их поставили сразу всех. Кучей.

— Что это? — спросил Антуан. — Что они кидают?

И тут ряды швейцарцев смешались, окутавшись пороховым дымом. А до наблюдателей стали доносится негромкие хлопки и отголоски криков.

Латники же давили.

Просто сминая потерявших порядок и всякое устройство швисов. Отдельные бойцы не могли отражать давление трех-четырех противников во фронт в своих полулатах. Одну пику отклонил — остальные достали. Кто в лицо, кто в ногу.

Взрывы же убивали, калечили, глуши и пугали баталию.

Латники же продолжали давить.

Шаг.

Шаг.

Шаг.

А через их головы продолжали лететь гранаты.

И на глазах изумленных наблюдателей достаточно скромный отряд русских выдавливал без каких-то особых усилий швисов с моста.

— Вот так просто? — улыбнулся Антуан.