Стоя на коленях, Нед видел, как это случилось: взмах когтей, тяжелый кулак наносит короткий удар в шею зверя, волк отлетает назад, яркая кровь проступает на разорванном рукаве Грега.

Внезапно появившееся красное пятно вызвало шок.

Эдвард сразу же оказался рядом с Грегом.

Необходимость, но имеющая последствия. Основное из них то, что теперь Нед оказался один, без оружия, в окружении трех волков. Он снова набрал в горсть гравия и швырнул его в глаза ближнего волка. Умно. Бессмысленно. Зверь не обратил на это внимания.

Затем зверь умер.

После Нед попытается вспомнить, что он почувствовал, когда увидел, как дядя прибил этого волка, — именно это слово пришло ему в голову, — а потом сразу же другой волк отпрянул назад, уклоняясь от второго, быстрого удара, почти продолжающего первый.

Когда третий волк также отступил, Нед увидел друида, лежащего позади волка на гравии. Руки Бриса были раскинуты в стороны, одна нога неловко подогнута и прижата телом.

Он снова посмотрел на дядю. И возникла неизбежная мысль: «Он уже делал это раньше».

Чувствовалась разница между решительными действиями отца, защищавшего Неда и Грега, отвагой самого Грегори, неуклюжей попыткой Неда сделать что-то полезное… и тем, как Дейв Мартынюк уложил выбранных им противников.

Вероятно, можно родиться, умея это делать, но более вероятно, что этому учатся в деле. Когда и где, Нед не знал, но был почти уверен, что это имеет отношение к тому времени, когда волосы его тети стали белыми.

Три уцелевших волка пятились от Дейва, поджав хвосты. Они не убегали. Еще нет. Они наблюдали.

Мартынюк подошел к друиду.

— Я не хотел его убивать, — произнес он. — Надеюсь, не убил.

Он опустился на колени на тропинку. Приложил пальцы к шее друида, и потом встал и покачал головой.

— Проклятье, — произнес он.

— Он пришел сюда, чтобы убить Неда, — тихо сказал Эдвард Марринер. — И всех остальных, если понадобится.

Мартынюк не поднял глаз.

— Знаю. Мы… ваш сын попал в историю.

Нед не совсем понимал, почему ему так грустно при виде маленькой фигурки друида, который вызвал к жизни Изабель. Шелестели листья; когда они колебались, сквозь них пробивались лучики света.

«Здесь когда-то был мир. Его у нас отняли силой. Дело не только в них троих».

Он прочистил горло.

— Дядя Дейв, если он… ушел, означает ли это, что Изабель больше нельзя призвать? В следующий раз?

Дядя поднял на него глаза.

— Это ее имя?

Нед кивнул.

Дейв Мартынюк встал, слегка поморщившись. Стряхнул пыль с колен.

— Я не думаю, что проблема в этом. — Он махнул рукой в сторону волков. — Они тоже духи. Подозреваю, что есть и другие друиды среди тех, кто возвращается в ночь Белтейна. Этот, возможно, был сильнее. Сохранил свое место в этой истории.

— Он пытался изменить эту историю, — сказал Нед. — Как я понял… — Его голос замер.

— Ты прав. Я тоже так думаю. — Дядя посмотрел на Грегори. — Кто научил вас драться с волками?

Грег придерживал левую руку. Кровь яркой струйкой сочилась сквозь его пальцы, но ему удалось криво усмехнуться.

— Факультативный курс в колледже. Я мог выбрать экономику, а выбрал бокс с волками.

— Очень смешно. Поехали, — сказал Эдвард Марринер. — Найдем местную больницу.