К тому времени как было найдено коммерческое применение транзисторам (которые делают, по сути, то же самое, что и вакуумные трубки, но занимают меньше места и стоят дешевле), нисходящая телевизионная система уже укрепилась и окаменела, тем самым обрекши зрителей на покорный прием лишь тех программ, которые им предоставляли немногочисленные телесети, и породив «психологию масс», когда вниманием миллионов и миллионов Офисных Джо пытается завладеть троица программных альтернатив. Телевизионные сигналы – это аналоговые волны. Эти волны – необходимый медиум, поскольку «в самих телевизорах недостаточно места и мощности, так что сигнал… должен передаваться напрямую на дисплей», и «аналоговые волны напрямую симулируют звук, яркость и цвет». Но у принимающей стороны нет никакой возможности сохранить или отредактировать аналоговые волны. Очень похоже на саму жизнь: один прекрасный момент – и всё, волн уже нет. Бедный зритель получает лишь то, что видит. Подобное положение дел имеет культурные последствия, какие Гилдер описывает с апокалиптической детальностью. Даже «телевидение высокого разрешения» (HDTV), которое рекламируется в индустрии как большой прогресс в сфере развлечений, будет, по Гилдеру, тем же самым голым королем, только в платье пошикарнее.

Но для Гилдера ТВ, по-прежнему цепляющееся за массовые и иерархические технологии вчерашнего десятилетия, теперь обречено – ввиду развития новых микрочипов и оптоволоконных технологий в последние несколько лет. Простой в эксплуатации микрочип, который консолидирует мощности миллионов транзисторов на вафле стоимостью в 49 центов и возможности которого станут еще более привлекательными, когда управляемая электронная проводимость приблизится к геодезической парадигме эффективности, позволит ресиверам – телевизорам – выполнять обработку изображений, которую до сих пор «за» зрителя выполняли телевещатели. Еще одним приятным поворотом станет передача изображений через стекловолокно, а не через электромагнитный спектр, благодаря чему люди смогут подключать телевизоры друг к другу в некой интерактивной сети, вместо того чтобы пассивно кормиться от передающего сосца одного вещателя. У оптоволоконных передач есть еще одно преимущество – они передают информацию в цифровом виде. Поскольку, как объясняет Гилдер, «у цифровых сигналов есть преимущество перед аналоговыми: ими можно манипулировать без ухудшения качества» и при этом они четкие и беспомеховые, как качественные CD-диски, они позволят телевизионному ресиверу с микрочипом (а значит, и зрителю) наслаждаться большей свободой выбора, манипулирования и рекомбинации видеоизображений – свободой, сегодня ограниченной режиссерской кабиной.

Для Гилдера новый вид телевизоров, который освободит Офисного Джо от пассивной зависимости от мебели, будет «телекомпьютером – персональным компьютером, адаптированным для обработки видео и с помощью оптоволоконных нитей подключенным к другим телекомпьютерам по всему миру». Оптоволоконные ТК «навсегда разрушат „бутылочное горлышко“» телевизионной структуры распространения образов «Один-Над-Многими». Теперь каждый станет сам себе парнем в наушниках и с планшетом. В новом тысячелетии американское телевидение наконец будет идеально, по-республикански, демократичным: эгалитарным, интерактивным и «прибыльным», но не «эксплуатационным».

Да уж, надо признать, Гилдер отлично знает аудиторию «Общей проблематики». Так и видишь, как слюна течет по подбородкам в залах заседаний, пока Гилдер предсказывает, что весь сложный, нестабильный, неудобно переменчивый мир потребителя станет пригодным для хранения, манипуляций, вещания и просмотра в комфорте его собственного кондоминиума. «Благодаря передовому программированию телекомпьютеров можно провести целый день, взаимодействуя на экране с Генри Киссинджером, Ким Бейсинджер или Билли Грэмом».