– Думаю, это возможно, – сказал Дамферсон. – Кроме профессора и генерала, о вас никто не знает. Нужно отозвать заявку о розыске, поданную под ложным предлогом в секретные службы, и эти милые люди о вас забудут. Хотя какое-то время вам придется пожить, не привлекая к себе внимания.

– А с этим что делать? – спросил Петер, указывая на документы в шкафах и подключенную к саркофагу аппаратуру.

– Нужно все уничтожить, – отрезал Штефан. – Раз и навсегда. Другой возможности не будет. Это дело началось с документов Дестрелей, значит, оно закончится, когда они будут уничтожены.

– А чемоданчик? – вмешалась Валерия.

– Этот вопрос решим позже, – ответил Петер. – Сейчас он в безопасности.

Дженсон напряженно прислушивался к разговору. Мозг его напряженно работал, ища зацепку, которая помогла бы переломить ситуацию в свою пользу.

Валерия сказала:

– Некоторых сотрудников этого центра заставляют работать и удерживают против их воли. Я говорю о медиумах.

– Не вмешивайтесь в это, – сердито приказал Дженсон.

– Впервые об этом слышу, – заметил Дамферсон. – Нам сказали, что весь персонал центра засекречен, и мы не знали, ни в чем состоят их обязанности, ни что их связывает с центром. Хотя… Насколько мне известно, одному из сотрудников, Саймону, запрещено покидать центр.

– Вы все у меня еще попляшете! – злобно крикнул Дженсон.

– Человек, о котором вы говорите, – это Саймон, медиум, – сказала Валерия. – Он мне помогал.

– Единственный способ освободить его – стереть все следы его пребывания здесь, как и в случае с вами, – сказал Дамферсон. – Ему придется бежать.

Дженсон грохнул кулаком по столу:

– Я вам не позволю! Вы пытаетесь остановить одно из самых важных исследований в истории человечества! И если вы думаете, что ваши ничтожные жизни стоят больше, чем то, что вы намереваетесь уничтожить, я вам заявляю: вы ошибаетесь! У вас ничего не получится. Это закон жизни: никому не дано остановить прогресс!

Пребывая в состоянии экзальтации, Дженсон размахивал руками и выкрикивал угрозы, как проповедник, уверенный в своей правоте:

– Вы не сможете меня остановить. Дестрели умерли, но это не помешало…

Петер подошел к профессору и без предупреждения сильно ударил его по лицу. Дженсон упал, не успев закончить фразу. Дамферсон перегнулся через стол и посмотрел на лежащее на полу неподвижное тело, похожее на большую куклу. Из носа Дженсона вытекла струйка крови.

– Отличный прямой удар, – похвалил он. – Кто его ударил – Фрэнк или вы?

– Учитывая силу удара, скорее всего, они оба приложили к этому руку, – высказал свое мнение Штефан.

Валерия, Штефан и Дамферсон поднялись наверх, чтобы уведомить медиумов о своем решении и проверить, не осталось ли где-нибудь документов, подтверждающих их пребывание в центре. По их расчетам, в это время Дженсон, которого заперли в подсобном помещении верхнего этажа, еще не должен был прийти в сознание.

Петер стоял и смотрел на причудливое нагромождение вещей, потом он опустился на колени и вынул из кучи документ, написанный рукой Марка Дестреля. Когда Петер прочитал его, у него возникло ощущение, что он узнает эти строки, но почему-то это не доставило ему удовольствия. Он был сыт всем этим по горло. Усталым жестом он бросил листок в общую кучу. Освобождая шкафы, он подумывал оставить себе пару страниц на память.