– Хорошо, – сказал он. – А теперь в воду!

Валерия с Петером, пятясь, вошли в воду. Зубы девушки стучали – и от страха, и от усталости, и от холода. Петер зло смотрел на злоумышленника. Тот переступил через баллоны с газом и ловким движением подхватил чемоданчик за ручку. Валерия почувствовала, как по телу Петера пробежала дрожь, но сумела его удержать.

– Ваша подруга знает, что делает, – проговорил таинственный грабитель. – Самое дорогое – это жизнь. Побудьте еще пару минут в водичке и все забудьте. Это ваш единственный шанс.

Злоумышленник столкнул ногой в воду фонари, и они моментально пошли на дно. Их огни скоро исчезли в глубинах озера. В темноте, совершенно бесшумно, словно какой-то чародей, незнакомец исчез, унося с собой чемоданчик.

– Что случилось?

– Медиум потерял сознание.

– Что вы такое говорите?

– Его энцефалограмма… Мы не видели ничего подобного. Теоретически он должен был умереть.

– Нужно все остановить.

– Никто из ныне живущих не обладает такой властью…

Валерия все для себя решила. Петер пытался поймать ее взгляд, но девушка нарочно старалась не смотреть ему в глаза, уставившись на пустую чашку. Они дождались открытия паба и устроились за самым дальним столиком, под изображениями почерневших за многие годы от дыма шотландских гербов. Они не спали всю ночь. Валерия даже не решилась зайти к Мадлен, чтобы принять душ и переодеться в чистое, – слишком боялась расспросов.

– Ты не можешь вот так взять и уехать, это невозможно. Это было бы ошибкой, – настаивал молодой голландец.

– Ошибкой было приехать сюда. Эта часовня – всего лишь мечта, сон. Зря я все это затеяла…

– Но ведь часовня существует, ты ее видела! Мы вместе ее видели! И чемоданчик тоже!

Валерия подняла голову и в глазах ее сверкнула молния:

– Да, я видела. И теперь у меня появилась масса вопросов.

– Что ты имеешь в виду?

– Почему ты предложил мне нырнуть вместе? Откуда знал, что за плитами что-то спрятано?

– Успокойся, – сказал Петер. – Не упрекай меня в том, что нам довелось пережить. Перестань паниковать. Не забывай, что ты сама ко мне пришла. Ты сама рассказала мне о своем сне…

– Как ты можешь быть таким спокойным после всего, что случилось этой ночью? – В голосе Валерии появились высокие нотки. Она с трудом сдерживала гнев.

– А ты бы предпочла, чтобы я сходил с ума от злости? Чтобы побежал в полицию и рассказал копам, что мы ночью плавали в подводную часовню, которая снится нам с детства, и нашли там таинственный чемоданчик, а, когда вышли из воды, какой-то здоровяк в капюшоне поджидал нас на берегу и был готов совершить убийство, лишь бы завладеть чемоданчиком? Да нас бы засадили даже не в тюрьму, а в дом умалишенных!

Валерия закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Когда она снова посмотрела на Петера, во взгляде ее уже не было такой злости. Петер продолжал:

– Я понимаю, что ты чувствуешь, но на меня злиться нечего. Эта часовня снится мне не по моей воле. Я не знаю, что привело меня сюда. Не знаю, почему мы встретились, почему отправились к озеру, почему этот тип знал, где нас ждать, и почему был готов нас убить, лишь бы завладеть этим чертовым чемоданом.

– Раньше мне эта часовня просто снилась, – лишенным эмоций голосом произнесла Валерия. – Теперь она будет приходить ко мне в кошмарах. Будет лучше, если я вернусь в Испанию и постараюсь все забыть.

– У тебя ничего не выйдет.