– Нет, дело не в этом, – ответил Петер, продолжая смотреть компаньону в глаза.

– Ну, тогда будем надеяться на чудо! – попытался пошутить Штефан.

– Можно назвать это и так. Но правда заключается в том, что сегодня ночью у меня назначена встреча с фантомом, который живет во мне. Он нам поможет?

Лицо находящейся без сознания девушки было напряжено, отражая внутренние страдания. Время от времени с губ ее срывался стон. Волосы ее были растрепаны, глаза закрыты. Одетая в платье из тонкого хлопка, она лежала на покрытом простыней большом каменном блоке.

Четыре человека – три женщины и один мужчина со смуглой кожей, – одетые в белую больничную одежду, стояли друг напротив друга вокруг алтаря, на котором лежала Валерия. Они были похожи на жрецов, готовящихся принести жертву. Раскрыв ладони, они держали протянутые руки над молодой женщиной. Движения их рук были такими медленными, что создавалось впечатление, будто они не движутся вовсе.

Помещение было круглым. Выполненный в форме полусферы потолок постепенно переходил в гладкие стены и упирался в пол, не образуя ни единого угла. И только в центре свода располагался длинный черный конус, направленный на Валерию. Рассеянный свет окружал ореолом эту церемонию, словно пришедшую из прошедших веков. Несоответствие между помещением, будто бы сошедшим со страниц романа в жанре научной фантастики, и тем, что в этом помещении происходило, поражало воображение.

В абсолютной тишине слышались только стоны Валерии.

Одна из женщин бросила полный отчаяния взгляд на свою напарницу, которая неустанно водила рукой над распростертым перед ней телом.

В этой строгой комнате с чистыми линиями внезапно раздался голос:

– Если вам есть что сказать об этом эксперименте, сделайте это обычным способом. Если сказать нечего, сосредоточьтесь на деле!

Донесшийся непонятно откуда голос принадлежал доктору Дженсону, и в нем не осталось и следа былой мягкости. Тон его не допускал возражений. Женщина опустила взгляд.

В нескольких метрах от алтаря в полу открылся люк и появилась лестница. В отверстии показался Дженсон. Он поднимался, перепрыгивая через четыре ступеньки. За ним следовала светлоглазая Дебби. Нервозность движений профессора контрастировала с размеренными и гармоничными жестами четырех служителей культа. Он направился к каменному алтарю, но внезапно остановился на расстоянии нескольких шагов.

– Мне можно войти в круг? – с ноткой раздражения спросил он.

Не говоря друг другу ни слова, члены «квартета» стали синхронными, равномерными движениями медленно опускать руки до тех пор, пока их пальцы не коснулись солнечного сплетения молодой женщины, которая тотчас же открыла глаза и глубоко вдохнула.

– Вы можете войти в круг, – сказала одна из женщин. На ее лбу блестели капельки пота.

Придя в сознание, Валерия увидела склонившиеся над ней лица. Рефлекторным движением она перевернулась на бок. Пальцы одной руки пробежали по платью и волосам. Словно загнанное животное, девушка окинула взглядом окружавших ее людей. Ища возможность бегства, она резко села. Ассистентка Дженсона положила руку ей на плечо. Валерия сухо оттолкнула ее. Четверо в белых одеждах отошли в сторону.

– Что вы со мной сделали? – спросила Валерия, едва не переходя на крик.

Ее истеричный голос прокатился по неспособному воспроизводить эхо помещению как раскат грома.

– Не надо волноваться, – тихо сказал Валерии подошедший Дженсон. – Все хорошо.

– Как у вас хватает совести говорить такое?

Валерия стала ощупывать свое тело, уверенная, что найдет на нем рану или один из этих проклятых шприцов.