Изменить размер шрифта - +
Мысль об этом вкупе с недавним потрясением от потери родителей стала причиной обширного психологического коллапса, последствия которого давали о себе знать на протяжении многих лет. А именно до тех пор, пока она не начала постепенно выходить из этого состояния и брат не перевел ее для прохождения окончательного курса лечения в клинику «Бэлмор», вручив заботам доктора Максвелл‑Скот.

Если же теперь Ребекка расскажет про Реймонда, придется упомянуть и события на товарной железнодорожной станции, а это равнозначно тому, чтобы полностью раскрыть карты Николаса. Ведь в таком случае ей придется признаться в том, что Николас не просто знал Дэна Форда, когда тот работал полицейским репортером в Лос‑Анджелесе, но был знаком и с детективом Хэллидеем, поскольку они оба принимали участие в расследовании дела Реймонда Торна. Теперь Форд и Хэллидей были мертвы, и, если допустить, что их убийцей стал восставший из мертвых Реймонд, появлялись все основания предположить, что следующей его жертвой вполне может стать Николас. А там придет и ее очередь. Ведь преступник не знает, что Николас рассказывал своей сестре, и сочтет за благо подстраховаться.

Стоит ли пугать Александра раньше времени, тем более что, по словам Николаса, он сам не уверен в том, что убийцей на самом деле является Реймонд и что он жив? Поразмыслив, Ребекка решила даже не заикаться об этом зловещем персонаже и предоставить событиям развиваться естественным путем.

Но, даже придя к такому решению, девушка понимала, что должна прислушаться к предупреждению брата и в точности выполнять все его указания.

 

40

 

Все там же: улица Гюисманса, дом 27, квартира Армана Дрюэна, 22.45

Дверь квартиры открылась, и из нее вышли Николас и Ребекка в сопровождении Армана, двадцатичетырехлетнего брата Надин Форд, и его друга.

Они перешли на другую сторону улицы, где их ждал зеленый «ниссан» Армана. Мартен, оглядевшись по сторонам, открыл для Ребекки переднюю пассажирскую дверь.

– В каком номере в «Крийоне» ты остановилась? – спросил он.

– А что?

– Я позвоню тебе сразу же после того, как забронирую билет. Я хочу, чтобы ты улетела из Парижа завтра же утром.

– В номере четыреста двенадцать.

Во взгляде сестры сквозила тревога, не помешало бы попытаться успокоить ее.

– Не волнуйся. Я ведь сказал тебе: никаких свидетельств того, что это на самом деле Реймонд, нет, это всего лишь догадки. Факты говорят о том, что он, скорее всего, мертв, а происходящее является лишь цепью случайных совпадений. Возможно, это творит какой‑то псих, который не имеет представления о том, кто мы такие, и которому на нас вообще наплевать. Поняла?

– Поняла. – Улыбнувшись, девушка чмокнула его в щеку.

Мартен перевел взгляд на Армана.

– Спасибо, Арман. Вы не представляете, как я благодарен вам за вашу помощь.

– Ваша сестра находится в надежных руках! Мы с приятелем проследим, чтобы она благополучно добралась до своего номера, и я сам договорюсь с консьержем относительно того, чтобы завтра утром за ней прислали машину. Хватит нам слез на сегодня.

– Да не только на сегодня…

Николас захлопнул дверь и отступил назад. Двигатель «ниссана» заурчал, и машина тронулась с места. Доехав до конца улицы, Арман свернул на бульвар Распай и скрылся из виду.

 

41

 

Реймонд откинулся на заднем сиденье черного «мерседеса» с тонированными стеклами, припаркованного в трехстах футах от дома, где жил Арман Дрюэн. Он видел, как из подъезда вышли четверо, перешли через дорогу и подошли к зеленому «ниссану». Потом трое из них сели в машину, и она уехала. Николас Мартен перешел через дорогу и скрылся в двери подъезда дома номер двадцать семь по улице Гюисманса.

Быстрый переход