– Откуда же Вабр взял это самое «меню», если его не напечатала его компания? И почему он позвонил мистеру Форду в три часа утра, попросив его выехать далеко за город, чтобы передать ему это?

– О том же самом я задумался, когда нашел меню в портфеле Дэна. К чему такая срочность? – Николас нервно взъерошил волосы. – Что, если Вабр к тому времени уже предупредил Дэна о существовании меню и сказал ему, к какому случаю оно приурочено? Если это было что‑то действительно важное, а не обычная светская вечеринка, Дэн мог захотеть сам увидеть меню, чтобы лично удостовериться в подлинности информации, а может быть, и еще в чем‑то. Тогда он мог попросить Вабра звонить ему в любое время дня или ночи, как только тот раздобудет нужную вещь, и они без промедления встретятся. И вот Вабр достал эту вещь, но только тут осознал всю ее важность. Он забеспокоился, а стоит ли ему соваться в это дело, стоит ли разглашать подобную информацию прессе. Эта мысль не дает ему спать. Но в конце концов, среди ночи, он все же принимает решение: да, Дэну следует знать об этом. Тут же звонит и назначает встречу. Кто знает, может быть, о ее месте они договорились заранее или встречались там уже…

Коваленко долго молча смотрел на него. И когда заговорил, голос его был необычайно тих:

– Что ж, сценарий весьма правдоподобный, мистер Мартен. В особенности если, как вы говорите, речь шла о меню по случаю события, огласки которого не хотел Реймонд. Не хотел до такой степени, что даже не допустил, чтобы эту тему обсуждали два человека.

– Послушайте, Коваленко, – Николас пристально смотрел на него, – это было не первое меню, а второе.

– Не понимаю.

– Сейчас увидите.

Мартен открыл портфель Форда, вынул конверт Китнера, извлек оттуда меню и протянул его русскому.

– Вот первое. Вабр передал его Дэну ранее. Не знаю, за чем охотился Дэн или думал, что охотится. Не знаю, имело ли это меню какое‑то отношение ко второму. Не знаю, почему он был убит. Но мы явно имеем дело с событиями, в центре которых оказываются знатные русские особы. Может, вы как‑то просветите меня на этот счет?

Коваленко взглянул на листок. Плотный, дорогой картон, тисненый шрифт темного золота:

Carte Commémoratif

En l'honneur de la Famille Splendide Romanov

Paris, France – 16 Janvier

151 Avenue George V[24]

Мартен заметил, что на лице собеседника отразилось удивление, но тот постарался скрыть это.

– Похоже на безобидную вечеринку, – равнодушно констатировал Коваленко.

– Все очень безобидно – до тех пор, пока один за другим не начинают гибнуть люди, а мы выясняем, что Реймонд не только жив, но бродит где‑то рядом. – Николас помолчал, затем продолжил: – Реймонд искромсал моего друга в куски. Вы – русский полицейский, расследующий убийство Альфреда Нойса, бывшего гражданина России. Он купил в Монако бриллианты у Фабиана Кюртэ, который тоже был убит и тоже был когда‑то российским гражданином. Год назад ваши следователи побывали в Америке и Мексике по следам убийств бывших россиян, которые, как считается, также пали от руки Реймонда. Романовы – одно из самых выдающихся семейств в русской истории. Так скажите, инспектор, какова связь между Романовыми, с одной стороны, и Нойсом и прочими – с другой?

Детектив пожал плечами:

– Не знаю, есть ли тут вообще какая‑нибудь связь.